ПЕСНИ БЕЛЕРИАНДА
ним из эпизодов ее сложной многовековой истории. В существующем виде поэма
насчитывает 4223 строк (неизвестно, сколько их было бы, если бы автор закончил
поэму) и состоит из 14 глав или Песней ( ).
Бретонские лэ отличает простота структуры; небольшое число задействован-ных персонажей не допускает отступления от основной сюжетной линии. «Лэ
о Лейтиан», напротив, представляет собою многомерное, многоплановое повествование, изобилующее отсылками на ключевые моменты прошлого и будущего. Большинство Песней начинаются с ретроспективных отступлений – причем
события прошлого непосредственно перекликаются с событиями настоящего, о
которых пойдет речь в данной Песни; история повторяется, каждый раз на новом
уровне, и «флэшбеки» служат своего рода связью между прошлым и настоя щим.
Так, третья Песнь, посвященная одному из ключевых эпизодов легенды, встрече смертного Берена и эльфийской девы Лутиэн, предваряется рассказом о столь
же судьбоносной встрече майа Мелиан и Эльвэ Тингола в лесной чаще; а читатель
мысленно встраивает в эту последовательность еще и событие будущего, описан-ное во «Властелине Колец» – встречу Арвен из рода Лутиэн и Арагорна.
Шестая Песнь предваряется рассказом о похищении Морготом Сильмарилей
и клятве сынов Феанора, а также рассказом о Битве Внезапного Пламени и том, как эльфийский король Финрод поклялся в дружбе вождю Барахиру, пришедшему
ему на помощь; основным содержанием Песни становится противостояние двух
клятв с приходом Берена в Нарготронд: настоящее эхом повторяет прошлое, так
же, как Келегорм и Куруфин повторяют когда-то произнесенные роковые слова.
Двенадцатая Песнь начинается с рассказа о поединке Финголфина и Моргота
у врат Ангбанда: одинокий воин бросает вызов могущественному врагу; столь
же отчаянным и безнадежным представляется намерение Берена и Лутиэн дать
Морготу бой в его подземной крепости.
Повествование развивается в двух планах, в плане прошлого и в плане настоящего, и вся история Древних Дней оказывается вплетена в легенду о Берене и
Лутиэн, как на уровне отдельных эпизодов, так и на уровне единичных отсылок и
упоминаний (так, в «удлиняющем заклинании» Лутиэн упомянута цепь Ангайнор, которую скуют для Моргота в далеком будущем).
Бретонские лэ основаны на кодексе куртуазной любви: квест героев обусловлен
любовью; в том, чтобы свершить невозможное, ничего судьбоносного нет, влюб-ленные стремятся лишь к тому, чтобы преодолеть преграды и воссоединиться. «Лэ
о Лейтиан» – тоже история любви, но при этом старая форма наполняется новым
содержанием. Квест уже не замкнут в пределах любовного мирка и эмоциональ-ного бытия героев; через свою любовь герои становятся носителями судьбы, не
они выбирают подвиг – подвиг выбирает их, как было предсказано и предрешено
задолго до них. Если в бретонских лэ квест – единственная возможность для влюбленных обрести друг друга, то главные герои «Лэ о Лейтиан» пришли в мир и по-любили друг друга именно для того, чтобы исполнить судьбоносный квест. Акцент
смещается с индивидуального на универсальное, ведь в Сильмарилях заключены
«судьбы Арды, земля, вода и воздух» – («Сильмариллион», стр. 87). Истинная тема
«Лэ о Лейтиан» – это извечная борьба между Добром и Злом, противостояние
Верности и Предательства, Смерть и Бессмертие, «загадка любви к миру, владею-
ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА И РЕДАКТОРА
щей сердцами расы, “обреченной” покинуть его и, по всей видимости, утратить; тоска, владеющая сердцами расы, “обреченной” не покидать мир, пока не завер-шится его подстегиваемая злом история» («Письма», № 186); то, что Толкин писал
о романе «Властелин Колец», в полной мере приложимо и к поэме. Тем самым, по
широте охвата, по усложненности структуры и проблематики, по масштабности,
«Лэ о Лейтиан» далеко превосходит исходный жанр бретонских лэ – лирического
или лиро-эпического стихотворного повествования, и обретает дополнительные
характеристики иного жанра – жесты или шансон де жест – эпической «песни о
деяниях». Недаром сам Толкин объединил два этих жанра в заголовке одной из