вершина представляла собою долгий ударный слог, обычно с повышением тона; тради цион ный спад представлял собою безударный слог, долгий или краткий, с
понижением тона.
В отношении такой метрической формы аллитерацию можно определить как
согласованное созвучие начальных согласных либо гласных (любых: все гласные считаются аллитерирующими между собой) в сильноударных слогах долгой
строки. Таким образом, основная метрическая функция аллитерации состоит в
том, чтобы связать воедино две отдельных и сбалансированных кратких строки
в завершенную долгую строку. Организацией строки заведует ряд правил: 1) не
менее одной вершины в каждой краткой строке должны аллитерировать; 2) во второй краткой строке аллитерировать обязательно должна первая вершина; вторая
обычно в аллитерацию не включается; 3) в первой краткой строке аллитерировать могут обе вершины. К этому следует добавить, что четыре аллитерирующие
вершины подряд тоже возможны (они встречаются нечасто, но примеры есть и в
* Подробнее см.: Толкин Дж. Р. Р. О переводе «Беовульфа» // Чудовища и критики, и другие
статьи / Под ред. К. Толкина. М.: АСТ: Хранитель, 2008. С. 87–101.
ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА И РЕДАКТОРА
древнеанглийской, и в среднеанглийской поэзии, так что четыре аллитерирующие
вершины подряд допускались и в переводе).
В качестве примера можно привести отрывок из древнеанглийского гимна, который, как считается, впервые явил Дж. Р. Р. Толкину образ мифического мира, впоследствии описанного им в своих произведениях:
E E ,
… («Христос», 104–105) В Англии аллитерационный стих в чистой, первозданной его форме выми-рает вскоре после Нормандского Завоевания 1066 года; однако ему суждено
было воскреснуть в «свободном» аллитерирующем стихе Аллитерационного
Возрождения середины века. Эти же самые модели, как древнеанглийские, так и более свободные среднеанглийские, Дж. Р. Р. Толкин возрождает и использует с помощью средств современного английского языка: примером тому служит
«Возвращение Беорхтнота, сына Беорхтельма», отдельные стихотворные фрагменты во «Властелине Колец», «Новая Песнь о Вёльсунгах» и «Новая Песнь о Гудрун»,
«Гибель Артура» и поэмы, включенные в настоящий сборник, в первую очередь
«Песнь о детях Хурина».
В том, что касается перевода аллитерационного стиха на русский язык, единого
свода правил не существует. В германских языках ударение падает на корневую
морфему, и она же обычно стоит в начале слова: она и является «вершиной», сильным местом краткой строки; именно в ее начале и содержится повторяющийся,
«аллитерирующий» звук. В русском языке ударение к корневой морфеме не при-вязано; тем самым, если буквально воспроизводить модели древнеанглийской
поэзии, аллитерирующий предударный звук может оказаться и далеко от начала
слова, и даже не на корневой морфеме. В. Тихомиров, «первопроходец» и один из
самых авторитетных переводчиков аллитерационной поэзии, на материале малых
памятников прибег к точному, буквальному соблюдению аллитерационных схем –
аллитерируют предударные согласные:
Мы со Скиллингом возгласили голосами чистыми
Зычно перед хозяином песносказание наше…
Платье мое безгласно, пока я по земле ступаю, пока я тревожу воды, пребываю в селеньях…*
Однако на куда более обширном материале эпической поэмы «Беовульф» тот
же переводчик стремится скорее воспроизвести звуковой эффект оригинала, нежели соблюсти схемы, в результате чего аллитерирующие звуки повторяются вне
строгой последовательности, зато на совпадении начальных согласных; причем
общее впечатление кажется более привычным и естественным для русского слуха: Истинно! исстари слово мы слышим
О доблести данов, о конунгах датских…
Дань доставить достойному власти…
И молчат, запечатав печали в сердце…*
* Древнеанглийская поэзия / Пер. В. Тихомирова, ред. О. Смирницкой. М., Наука, 1982.
ПЕСНИ БЕЛЕРИАНДА
Однозначного ответа на вопрос «как же правильно?», скорее всего, нет и быть
не может: аллитерационный стих не является органической частью русскоязыч-ной поэзии, и желаемого эффекта оригинала возможно добиваться разнообразными средствами, по одному или в комплексе. Что лучше воспринимается на слух