Некролог в газетах, телеграммам нет конца
Вот что значит истинная гласность. (ясность)
Говорят, что нового к нам крёстного отца
Из Москвы пришлёт госбезопасность.
Говорят, что нового к нам крёстного отца
Из Питера пришлёт госбезопасность.
Цыганская песня
Что за блажь, что за напасть:
Как завижу лошадь,
Сразу хочется украсть —
Признак нехороший!
Охладел даже к деньгам,
К йогурту и книгам.
А я, наверное, цыган
Или даже цыган.
А вот бы конь меня унёс
По полям куда-то!
А я в рубахе «Хьюго Босс»,
Красной от заката!
Поваляюсь у костра,
Как Алёша Пешков,
И мне старик Mакар Чудра
Будет врать неспешно.
Ой, ромалэ!
Ой, ёлы-палы!
О-о-о! Мэ сом ром!
Заскочу в тенистый лес
За малиной сладкой.
А там цыганка ждёт топлесс,
Дикая лошадка!
Дерзкий нрав, в глазах — пожар.
Но я тебя объезжу!
Рассмеётся: «Ай, Зобар!»
А я её зарежу!
У нас, цган, я вам скажу,
Строго с этим делом!
Это ж не лямур-тужур,
Это ж, блин, чавелла!
И гитара запоёт,
И я навзрыд заплачу,
И поеду на восход
В джинсах от Версаче.
От «Газпрома» и «ЛУКойла» —
Ох, достали! —
Выводи коня из стойла,
Поскакали!
О-о-о! Мэ сом ром!
Выйдет дядька из тумана
И нальёт мне «Каберне»,
Спросит как цыган цыгана:
«Ай нанэ?» — Скажу: «Нанэ!»
Ай нанэ, вставляй, народ,
Зубы золотые!
Серьгу в ухо — и вперёд,
В ковыли густые!
И славяне, и армяне,
И евреи разных стран —
Все запишемся в цыгане:
Ты цыган, и я цыган!
Ах, как бы жили-поживали,
Кочевали, бомжевали,
Да конину бы жевали,
Да дышали бы костром.
А нынче век какой-то мерзкий,
Сплошь какой-то Достоевский:
То мы каемся по-детски,
А то старушку топором.
Повсюду страсти роковые,
И от судеб защиты нет.
Так будем петь, пока живые,
Покуда цел наш белый свет!
И под гитарный перезвон
Для нас споёт, конечно,
Сам цыганский наш барон —
Бывший кагэбэшник.
И Серёга на гитаре,
И Андрюха на пиле,
Шурик с бубном Страдивари,
Закочуем по земле!
Позавидуют нам люди
И повалят всей гурьбой:
«К нам приехал, к нам приехал
Тимур Султаныч дорогой!»
Не хотите ль в степь со мной
В туфлях от Ле Монти?
Да… Мы народ не гужевой,
Но, в конечном счёте,
Здесь и так всё — балаган,
Табор — россияне…
А ты цыган, и я цыган —
Все мы тут цыгане…
Ты цыган, и я цыган —
В шмотках от Армани…
Частный случай с московским бизнесменом
Жил-был бизнесмен, жил он с полной нагрузкой,
Прибавочной стоимостью был озабочен.
Достаточно новый, достаточно русский,
Как все бизнесмены, затраханный очень.
Фрустрации, стрессы, налоги, проплаты,
Пахал, как верблюд, через день напивался.
Других разбивают инсульты, инфаркты,
А с этим внезапно случился катарсис.
Он вдруг ощутил, что душа истомилась,
И деньги не греют, и жить нет резона,
Бессмысленно всё, и слеза покатилась
В бокал недопитого «Дон Периньона».
Вроде тачка стоит наворочена,
И люстра висит позолочена,
И тикает «Ролекс» на левой руке,
Откуда ж в душе червоточина?
Спросил секретаршу: «Есть Бог или нету?»
Она аж икнула, с испугу, наверно.
«Эх, жил несуразно, копил всё монету,
Одну лишь молитву твердил ежедневно:
— О бог новорусский, Мамона, гляди же:
Аз есмь раб твой нищий и милости ждущий.
Какой будет курс в понедельник на бирже?
Давай же нам днесь ты наш доллар насущный!»
Он вспомнил начало: горком комсомола,
Кооператив свой, едва ли не первый.
Он был тогда весел, приветлив и молод,
Жена не была еще крашеной стервой.