Сладостный обман — обман всесилья.
В голове дурман и шорох крыльев.
Вроде только взмах — и небо рядом.
Хватит ли ума сказать: «Не надо»?
Хватит ли ума? И пусть не хватит!
В облаке из роз к нам юность катит.
Лепестки-года усыпят платье,
а шипы останутся как плата…
Хорошо б не знать всего, что знаешь!
Как бы вот не помнить то, что помнишь,
юности навстречу пробегая
по цепочке пропыленных комнат…
…Что хотел — сказал, а было ль надо?..
Ни лекарствами…
Ни лекарствами,
ни подарками…
В чьем-то царствии
быть придурками.
Мне не стать другой —
а тебе-то что:
под твоей ногой —
просто ветошью.
Оботрешь сапог —
не поморщишься.
Скажешь — «мой запой —
одиночество».
Ни бегущую
и ни сонную…
Может, просто я
пересолена?!.
Так ведь слезы все!
А они — твои.
Как нести одной,
что дано двоим…
У тебя ж ни слез
и ни дерзости!..
Раз уж так сошлось —
мы поделимся.
Ни о чем не жалеть…
«Ни о чем не жалеть» —
этот мудрый печальный закон
много лет, много лет
лечит нас и, как доктор домашний, знаком.
«Ни о чем не жалеть» —
значит, все остальные слова,
как леса в ноябре,
опустели, и гулко грохочет листва.
Ни о чем никогда не жалеть, не жалеть —
только «не», только «не»!
Этой малой частицей кончается след
никуда не ведущих, но прожитых дней.
Ни о чем не жалеть!
Если узел нельзя развязать,
то рубить смысла нет —
надо просто повязку надеть на глаза.
Ни о чем не жалеть,
если память беззвучно кричит,
если жжет, словно плеть,
и сквозь трезвые строки рыдает мотив.
Ни о чем не жалеть — это значит уйти,
зачеркнув навсегда
все, что было с тобой, значит, память убить
и убить свою жизнь за годами года!
Ни о чем не жалеть,
умоляю, меня не проси —
ни о чем не жалеть —
это сверх человеческих сил.
Мою визитную карточку «назначили» сами слушатели: они выбрали песни «Не гляди назад» и «Сигаретой опиши колечко». Для меня самого «визитной карточкой» являются песни «Возвращение» и «Ни о чем не жалеть». В последней песне, мне думается, удалось поставить точку в словах и музыке. Признаться, у меня немного произведений, которыми я был бы абсолютно доволен, где была бы гармония мелодии и стихов. Такое счастливое слияние произошло в некоторых песнях из цикла городских зарисовок, например в «Осенней песне» и вот в «Ни о чем не жалеть».
Ноктюрн
Мотались тени на стене
и на стекле метались тени
диковинных ночных растений,
и бились капли на окне.
Неровно вздрагивал фонарь,
и, сокращая расстоянья,
тень повторяла колебанья,
и царь лесной был снова царь.
Люблю волненье тех минут,
когда не властен над собою,
мы называем их судьбою,
и верю я — они не лгут.
Не разбирая почему,
себя я смело им вручаю,
я про себя так мало знаю,
что и сомненья ни к чему.
В потоках льющейся воды
я чувствую родство такое,
и столько светлого покоя,
что знаю — вот мой поводырь.
И черным воздухом дыша
я прозреваю эту местность,
и обретает легковесность
моя бессмертная душа.
Ночлег в пути
А. Милославскому и Е. Шантгай
«Вас очень опасным считает молва.
В наличии явно нехватка кроватей.
Так вот, — прозвенели металлом слова, —
Я с вами, но только, конечно, в халате.
Коснетесь — и быть, не взыщите, беде!»
(Ни звука, где ястреб свернулся в гнезде.)
«Коварный! Вы знаете к дамам подход, —
она продолжала, не слыша ответа, —
а смелость должна награждаться! За это
я — ваша. Ну что же, мой рыцарь, — вперед!»
Она распахнулась, как домна дыша.
(Но ястреб не сделал решительный шаг.)
«Вы просто Везувий! — вскричала она. —
Какой будет взрыв при подобном давленье!
Ах, я пропадаю! Ты видишь, луна, —
я стойко боролась с моим наважденьем.
Пред страстью беспомощен смертный и слаб».
(И тихий, но внятный услышала храп.)
«Ну что же! Как может, так тот и живет», —
сказала она, улыбнувшись понятно,
вздохнула тихонько и пухлый живот
укрыла ему уголочком халата.
Да, мертвая птица, друзья, никогда
не вылетит больше уже из гнезда.
Ночная песенка
Крошатся в лужах фонари.
Знакомый адрес повтори.
Застонут доски под ногой, —
к другой идешь, совсем к другой
(а сам ты разве не другой?).
В кармане звякают ключи,
ботинок в кухню простучит.
Поет пружина на дверях, —
Жек-Жек, ты, кажется, дурак
(улыбка дрогнет на губах).