Псалом 151
Я видел – Моисей зашел по грудь в Иордан.
Теперь меня не остановить.
Время собирать мой черный чемодан,
Теперь меня не остановить.
Мы баловались тем, чего нет у богов,
Теперь наше слово – сумма слогов.
Время отчаливать от этих берегов.
Теперь меня не остановить.
Я взошел в гору и был с духом горы,
Теперь меня не остановить.
Ему милей запах его кобуры,
Теперь меня не остановить.
Пускай я в темноте, но я вижу, где свет.
Моему сердцу четырнадцать лет,
И я пришел сказать, что домой возврата нет.
Теперь меня не остановить.
Мы так давно здесь, что мы забыли – кто мы.
Теперь меня не остановить.
Пришли танцевать, когда время петь псалмы –
Теперь меня не остановить.
Я сидел на крыше и видел, как оно есть:
Нигде нет неба ниже, чем здесь.
Нигде нет неба ближе, чем здесь.
Теперь меня не остановить.
Кардиограмма
Что-то соловьи стали петь слишком громко;
Новые слова появляются из немоты.
Такое впечатление, будто кто-то завладел моим сердцем –
Иногда мне кажется, что это ты.
Губы забыли, как сложиться в улыбку;
Лицо стушевалось – остались только черты;
Тут что-то хорошее стало происходить с моим сердцем;
Ты знаешь, мне кажется, что это ты.
От пятой буровой до Покрова-на-Нерли
Вроде все в порядке, только где-то оборвана нить;
Я не знаю, как у вас, – у нас всегда кто-то сверлит.
Может, взять и скинуться, чтобы они перестали сверлить?
Ночью под окном разгружали фуры,
От матерной ругани увяли кусты –
Я даже не заметил, потому что кто-то завладел моим сердцем,
И я подозреваю, что это ты.
У меня в крови смесь нитротолуола и смирны;
Каждая песня – террористический акт;
И это после двадцати лет обучения искусству быть смирным –
Я говорил с медициной.
Она не в силах объяснить этот факт.
Но будь ты хоть «Роллс-Ройс», все равно стоять в пробке;
Даже в Русском музее не забаррикадироваться от красоты –
Знаешь, это неважно, если кто-то завладел твоим сердцем.
В моем случае мне кажется, что это ты.
Мне до сих пор кажется, что это ты.
Северный цвет
Вороника на крыльце;
В доме спит зверь, в доме ждет ангел;
В доме далеко до утра.
Вороника на крыльце, она по ту сторону стекла,
И я бы открыл ей,
Если бы я знал, где здесь дверь…
Список кораблей
Никто не прочтет до конца; кому это нужно –
Увидеть там свои имена…
Мы шли туда, где стена, туда, где должна быть стена,
Но там только утро
И тени твоего лица.
Оторвись от земли, Северный Цвет;
Ты знаешь, как должно быть в конце;
Отпои меня нежностью
Своей подвенечной земли,
Я не вижу причин, чтобы быть осторожным, –
В доме зверь, Вороника на крыльце.
Если Ты хочешь, то земля станет мертвой;
Если Ты хочешь – камни воспоют Тебе славу;
Если Ты хочешь – сними
Эту накипь с моего сердца.
Оторвись от земли, Северный Цвет;
Ты знаешь, как должно быть в конце;
Отпои меня нежностью
Своей подвенечной земли,
Я не вижу причин, чтобы быть осторожным –
В доме зверь, Вороника на крыльце.
Ключ к северу лежит там, где никто не ищет.
Ключ к северу ждет между биениями сердца.
Я знаю, отчего ты не можешь заснуть ночью –
Мы с тобой одной крови.
Мы с тобой одной крови.
Песни рыбака
Феечка
Иногда летишь в электрическом небе
И думаешь: «Скорее бы я упал».
Иногда летишь в электрическом небе
И думаешь: «Уж скорее бы я упал».
Иногда проснешься в кресле президента
И плачешь, сам не зная, как сюда попал.
Сначала ты надежда и гордость,
Потом о спину ломают аршин.
Сначала ты надежда и гордость,
Потом о спину ломают аршин.
Ох, брошу я работать под этим мостом,
Пойду летать феечкой
В Страну Синих Вершин.
Едет лимузин. Снаружи бриллианты,
Внутри некуда сесть.
Едет лимузин, снаружи бриллианты,
Внутри такая скотобаза, что некуда сесть.
Как сказала на съезде мясников Коза Маня:
Тусоваться с вами – невеликая честь.
А любая весть изначально благая –
Просто ты к этому еще не привык;
Любая весть изначально благая –
Просто ты к этому еще не привык.
А если не нравится, как я излагаю –
Купи себе у Бога копирайт на русский язык.
Человек из Кемерова
У меня были проблемы;
Я зашел чересчур далеко;
Нижнее днище нижнего ада
Мне казалось не так глубоко,
Я позвонил своей маме,
И мама была права –
Она сказала: «Немедля звони
Человеку из Кемерова».