Он улыбается во весь рот и отвечает на рукопожатие. Его ладонь теплая и влажная. Сам он румяный и возбужденный.
— Ты что, выпивши? — спрашиваю я Олега, лишь для того чтобы подтвердить свою догадку.
— Совсем немного, — улыбается Олег.
Судя по его состоянию и настроению, «совсем немного» может означать все что угодно, вплоть до «совсем немного до нирваны».
— Помнится, на днях ты говорил, что завязал…
Он смеется.
— Ложь и провокация… была на днях… ага. Я и сейчас в завязке.
— Оно и заметно.
— Не, серьезно. Вчера просто день рождения у коллеги в институте был, пришлось немного отметить…
— Понятно. Сегодня празднование продолжилось?
— Да. В смысле — нет. Мы просто немного подлечились…
— И поэтому ты опоздал?
— Не, не поэтому. Просто метро… — он многозначительно машет рукой.
Все ясно. Логика выпившего человека вполне предсказуема. Жаль, что на трезвую голову ее достаточно сложно принимать со спокойным сердцем.
— И что мне прикажешь с тобой делать?
— Ничего. Не надо со мной ничего делать. Давай лучше пивка попьем.
Вообще-то мы собирались пройтись по городу и заглянуть на одну выставку, открывшуюся в художественной галерее неподалеку. Но, в принципе, предложение попить пива не противоречит первоначальной установке.
Идем прочь от метро, ищем на пути какой-нибудь гастроном. Олег что-то рассказывает, слушаю его вполуха. Вокруг копошится осенний город, ленивый и остывающий. Осень в городе похожа на темный ритуал.
В переулке на первом этаже жилого дома продуктовый магазин, заходим в него. Не утруждаем себя долгим хождением по торговому залу, сразу идем к прилавку с напитками. Беру себе бутылку светлого пива, точно такую же берет Олег. Расплачиваемся и выходим.
В воздухе прохлада, это прохлада смерти. Осень мира вступила в свои права, это ее дни, ее время. Осень — закономерный итог предыдущей жизни, в ней находят себе приют несбывшиеся мечты и порушенные надежды. Открываю бутылку с пивом.
— Куда теперь? — спрашиваю Олега.
— А куда мы собирались?
— Да вроде на выставку…
— А-а-а, точно! Ну, пойдем — посидим на скамеечке, а потом сразу на выставку, — он указывает в сторону небольшого сквера поблизости.
В принципе я согласен на его условия.
— Пойдем.
Сквер, как и все вокруг, выглядит пустынным и грустным. Большинство скамеек не заняты, под ногами все те же опавшие листья, их собратья облетают с деревьев с молчаливым достоинством неизбежности. Садимся на одну из скамеек, кто-то до нас постелил тут бесплатные газеты поверх загрязненных множеством ног досок.
— Ну что, будем?
— Давай.
Пьем молча, каждый думает о своем. Наверное, Олегу хочется что-то сказать, но мое многозначительное молчание заставляет его воздержаться от разговора.
Я же думаю об однообразии и, как следствие, тотальной пустоте бытия. Снова пьем это пиво, которое уже успело стать чуть ли не символом нашего поколения. Впрочем, закономерно.
Мы живем в мире изобилия, перенасыщенности, и, видимо, потому обречены на постоянные повторы, хождения по кругу, делание одного и того же. Это главный парадокс человеческого существования. Я практически уверен, что у космонавтов, которые, по сути, заперты в четырех стенах на орбите, куда более насыщенная жизнь.
Рефлексия может далеко завести. Главное, что осознание тленности бытия не ликвидирует эту самую тленность.
— Лучше? — спрашиваю я Олега.
— В разы! — отвечает мне он.
Жить надо здесь и сейчас, улавливая сущность текущего момента. Наверное, это важно, что, например, Олегу сейчас стало немного, но лучше. Может, в этом и весь смысл. Делаю глоток, пытаясь сконцентрировать в нем все собственное понимание счастья. Как будто оно заключено именно в нем, в сопровождающем его вдохе воздуха.
— А что за выставка? — спрашиваю я Олега, потому что посещение выставки — его идея.
— Ну, искусство современное, все такое, — расплывчато отвечает Олег.
— То есть ты сам с этим творчеством не знаком?
— Не-а. А это что-то меняет?
— Абсолютно ничего.
На соседнюю скамейку садится оборванный старик с кучей мешков. Наверное, бездомный. К нему тотчас же слетается стая голубей. Он достает из кармана кусок черствого хлеба и начинает крошить его птицам.
— А я думал, ты действительно решил завязать…
— Ага, решил. Говорю тебе: я и сейчас в завязке.
— Серьезно?
— Конечно нет. Слишком много соблазнов кругом. Вчера завязал, сегодня развязал. Сегодня развязал — завтра опять завяжу. Какая разница?
— Никакой. Просто выходит, что ты совершаешь бессмысленные поступки, не преследуя четкой цели…