— А ты совершаешь исключительно осмысленные?
— Я? Ни в коем случае. Я вообще квинтэссенция бессмысленности.
— Да вся наша жизнь квинтэссенция… — Олег помолчал. — Все просто так, без какой-либо задумки. Что уж говорить… Такие времена.
— Мне эти времена напоминают последние времена. Потеря целей, утрата смысла…
— Так и есть, наверное.
Я вспоминаю слова Эриха Фромма о том, что наше общество состоит из несчастных, склонных к саморазрушению людей, изредка испытывающих радость от того, что им удалось «убить время», которое они, как это ни парадоксально, постоянно пытаются сэкономить. Бесконечный лабиринт, из которого никому и никогда не найти выхода.
Я смотрю на бездомного и его птиц: наверняка он каждый день приходит сюда их кормить. С каким-то малообъяснимым фанатизмом он крошит черствый хлеб, бросает куски на землю. В его глазах пустота Вселенной. Он — отражение этого усталого мира, вобравшее в себя всю его грусть.
По скверу проходится осенний ветерок, я чувствую легкий озноб.
— Может, пойдем потихоньку? — спрашиваю я Олега.
— Может, и пойдем.
— Прохладно сидеть, все-таки не май месяц на дворе…
— Ага. Лето прошло…
— В общем, ты как хочешь, а я встаю…
Олег потягивается.
— Вставай.
Я встаю, Олег следом. Тоже мне комедиант. Никуда он не денется. Идем туда, куда и собирались с самого начала, — на выставку.
Проходим квартала два, пиво допито, тара из-под него благополучно отправлена в урну. Олег начинает жаловаться:
— Чего-то я еще пива хочу.
— Ты уверен?
— На все сто!
Вот когда отвечают так, уверенность почему-то теряю я. Вполне возможно, что еще одна бутылка пива будет лишней для Олега… Впрочем, он не дает времени на размышление ни мне, ни себе: заскакивает в первый попавшийся магазин, я не успеваю его остановить.
Закуриваю и жду возвращения своего товарища. Смотрю, как балтийский ветер полощет в небе белые флаги облаков.
Осень — время поэтов, маргиналов, самоубийц… Время надлома и задумчивости. В Петербурге это, кажется, единственное время года, которое выглядит естественно, является самым подходящим фоном для этого холодного и сумрачного города.
Возвращается Олег, в руках у него две бутылки пива. Одну из них он протягивает мне. Я молча принимаю, смотрю на него.
— Думаешь, это не будет лишним?
— Пиво? Пиво никогда не бывает лишним. Тем более там, куда мы идем.
— Там, куда мы идем, мы рискуем не оказаться, если продолжим двигаться в том же темпе и делая остановки у каждого магазина.
— Не будь педантом.
Спорить бессмысленно, молча идем дальше. Раз Олег развязал, значит, в ближайшее время не тормознет. Выходные, в принципе, у него есть, не думаю, что он планировал провести их как-то более плодотворно.
В центре извечная суета, люди ходят от магазина к магазину, от представления к представлению. Может, именно поэтому я не очень люблю центр, по крайней мере, ту его часть, в которой обычно не протолкнуться. Ускоряем шаг и стараемся минуть это место как можно скорее.
От пива в голове пусто и как-то светло. Наверное, это сияние пустоты. Смотрю на Олега: тот идет, сжав челюсти, на лице его мелькают тысячи оттенков меняющегося чуть ли не каждую секунду настроения.
— Ты чего? — спрашиваю его.
— Да так… Что-то бесят меня эти люди вокруг…
— А чего ты хотел? Это же не дремучий лес…
— Да я не уверен, что мне бы сейчас понравилось и в дремучем лесу.
— Что-то вы капризничаете, батенька…
Он пропускает мое замечание мимо ушей. Смотрит куда-то на проспект. Я отслеживаю его взгляд и смотрю туда же. С гудками клаксонов на нас надвигается свадебный кортеж. Олег шарахается к стене дома и зажимает уши. Я смотрю на эту картину с улыбкой.
Мимо нас проносится украшенный воздушными шарами лимузин, еще несколько отчаянно сигналящих автомобилей и автобус, из окон которого высовываются кричащие люди, я машу им рукой, Олег отлипает от стены и показывает удаляющемуся кортежу средний палец.
— Зачем ты так?
— А чего они шумят?
— Так свадьба ж…
— Ага. Свадьба, гулянка, куча денег, вбуханных непонятно во что, а потом — похмелье, срач, через полгода развод…
— Почему сразу развод-то?..
— А статистика говорит нам об этом.
— Да ладно тебе, у людей праздник, не завидуй.
— Я и не завидую.
Идем дальше, переходим оживленный проспект по зебре. Олег расталкивает локтями толпу, плывущую встречным курсом. Людей действительно много, и потому хочется съежиться и сделаться незаметным.