— Не знаю. Я все-таки пробую отправлять.
— Успешно?
— Ну-у-у-у-у. Пока никто не перезванивал. Но я все же попытаюсь снова.
— Попытайся.
Хотя лучше бы ты попытался ловить краба у берегов Камчатки или пробивать заледенелый фарватер для паромов на Балтике. Замкнутый круг.
Остатки кофе я допиваю, размышляя о природе этого круга. Мы делаем то, чего делать не хотим, и хотим то, чего не делаем… ну и так далее. Наши желания оторваны от реальных дел, а дела — от желаний. Наши помыслы абстрактны, а деяния автоматичны. Мы движемся по жизни, словно по конвейеру: принимаем все как должное, нанизываем на себя, движемся дальше, но не по своей воле, а потому что таков принцип работы конвейера. Эти же закономерности мы транслируем во внешний мир уже посредством своих действий. Становимся теми, кем совсем не должны быть; внушаем окружающим то, чего не существует даже внутри нас. Осваиваем профессии, в которых никогда не стяжаем признания. Рассеиваем свою энергию на поступки, которыми никогда не преобразим ни себя, ни реальность.
Иллюзорность нашего существования внезапно становится мне настолько очевидной, что сразу не хочется жить. Я стискиваю зубы, пытаясь подавить резкий укол боли внутри черепа. Размазываю горечь дешевого растворимого кофе по языку. Всю свою жизнь мы создаем иллюзию этой самой жизни. Таков мой неутешительный вывод.
Я пытаюсь отвлечься от накатившей на меня апатии. Откидываюсь на стуле, зажмуриваю глаза.
— Конечно, отсылай коммерческие предложения на все адреса, которые тебе дают, — говорю я Коле, когда открываю глаза, — больше выслал — больше шансов зацепить клиента, помнишь, как говорили на тренинге?
— Ага. Я так и делаю.
— Вот и славно.
Пора заканчивать с работой на сегодня. Что-то я перегрелся. Хорошо, что Марина позвала в бар — надо остудиться, расслабиться.
Закрываю окна браузера и почтового клиента — баста, моя рабочая неделя подошла к концу. На рабочем столе заставка: замок на склоне утопающей в зелени деревьев горы. Может, Бавария, может, Австрия или Швейцария. Мечты, мечты… У большинства менеджеров подобные заставки: все что угодно, лишь бы поменьше связывало с офисом, домом, этим городом и этой страной.
Достаю из специальной стойки и перебираю бумаги. Рекламные проспекты, прайсы, счета и платежки… Откладываю ненужные и, скомкав их, выбрасываю в пластиковую урну, стоящую неподалеку. Боже, сколько бумаги тратится впустую!..
Хотя после кризиса в офисах немного научились экономить: печатают, как правило, на обеих сторонах листа. С одной стороны — листовка с условиями свежей акции, запущенной в начале текущей недели, на другой — прошлогодний счет.
Закончив уборку, выключаю компьютер. Экран монитора гаснет, осиротив мое рабочее место. В этот момент раздается звонок телефона. Этого только не хватало: клиенты в такое время звонят только с проблемами, а не для того, чтобы пожелать тебе хороших выходных или осуществить покупку, за которую капнут хорошие комиссионные. Я нехотя поднимаю телефонную трубку. Сейчас она словно раскаленный брусок железа в моей руке.
— Да? — спрашиваю я.
На том конце провода секретарь Марина.
— Ты закончил?
— Почти. Кто-то из клиентов беспокоит?
— Нет-нет, что ты. Это я просто интересуюсь.
У меня отлегает от сердца. Пытать меня сегодня уже никто не будет, слава богу.
— Хорошо, а то я думал, что кто-то желает меня озадачить на выходные. Для тебя — я свободен.
— Вот и славно. Я тоже уже закончила. Сейчас без пяти шесть, давай через пять минут тогда на ресепшен подходи.
— Не хочу ждать эти пять минут, подойду сейчас.
— Вас разве за это не ругают? За то, что уходите раньше времени?
— Ругают, но мне все равно. Что-то я устал сегодня.
— Ну смотри, как знаешь.
— Ага. Пока ты собираешься, покурить схожу.
— Давай.
Марина кладет трубку, я тоже. Беру свои вещи и иду к вешалке. Одеваюсь, потом прощаюсь с коллегами. Пожимаю руку несостоявшемуся моряку Коле, машу рукой девчонкам, киваю начальнице отдела — Софье.
— Уже пошел? — спрашивает она.
— Ага. Конец недели все-таки.
— Ну, тогда пока.
— До свидания. Хороших выходных!