— Ничем. Ты говорил странные вещи.
— Про город убийц?
— В том числе.
— Ты находишь это странным?
— Не знаю. Может, и нет. Но для Кирилла и остальных это точно было странно.
Понятно. Смысл метафор, которые иногда всплывают в моем сознании, не всегда ясен даже мне.
— У тебя тут можно курить?
— Кури. Только принеси пепельницу: она на кухне, на подоконнике.
Сходив за пепельницей, я закурил. Закурила и Юля.
— Знаешь, — сказала она после некоторого молчания, — что-то в твоих словах, — она выпустила струйку дыма, — ну, про этот город убийц, — Юля сделала затяжку, — есть что-то в этих словах. Может, я не до конца поняла твою мысль, но я нахожу ее интересной.
— Спасибо.
— Не за что.
Конечно, Юля ни черта не поняла в моем вчерашнем монологе об убийцах, я был в этом уверен, но, надо отдать ей должное, по крайней мере, не встретила его в штыки. Возможно, это была часть ее тактики, и она тем самым осуществляла какие-то свои замыслы, но тем не менее мне было приятно.
— Хорошо, когда тебя понимают, — сказал я.
— Да.
— Надо за это выпить.
— Давай.
Мы вновь стукнулись бокалами. Вина было еще полбутылки.
— У тебя есть музыка? — спросил я.
— На компьютере.
— А компьютер где?
— В шкафу. У меня ноутбук.
— Можно поставить музыку?
— Пожалуйста. Сейчас докурю и достану.
— Хорошо.
Мы докурили в тишине. Потом Юля грациозно встала с кровати и прошла к шкафу. Я наблюдал ее упругие ягодицы и белоснежную спину.
Она открыла шкаф и, поковырявшись на полках, достала ноутбук в специальной сумке. Извлекла его из нее. Поставила на стол и включила.
— Действуй, — легким движением руки она пригласила меня к столу.
Я потушил сигарету в пепельнице, осушил бокал и прошел к столу. На экране ноутбука высветилась заставка загружаемой операционной системы. Я немного подождал, потом открыл интернет-браузер и зашел на свою страницу в социальной сети. В разделе с аудиозаписями отыскал Depeche Mode и включил. Стоящая музыка, самое то для такого хорошего утра.
— Не против? — спросил я Юлю.
— Нет. Они тебе нравятся?
— Очень.
— Тогда пусть играют. Налей мне вина.
Мы вернулись в кровать, и я наполнил наши бокалы. Бутылка была почти пуста.
— Давай теперь за тебя, — сказала Юля, — и за твой город убийц.
— Достаточно только за него.
— Ну, тогда за него.
— За него и точка!
Звякнуло стекло бокалов, солнечный луч, проникший с улицы сквозь окно, сыграл бликом на багряной, кровавого цвета поверхности вина, губы припали к жидкости, а потом слились друг с другом в поцелуе. Конечно, нам за все придется ответить, и гораздо раньше, чем все мы думаем, но пока пускай играет музыка, восходит над домами солнце и несется по венам молодая кровь. Убийцы придут и за нами, поэтому стоит жить, не отвлекаясь на неприятные частности.
— Вино заканчивается…
— Может, дойдешь до магазина и возьмешь еще?
— Без проблем.
Недолгое молчание. Синтезаторные аккорды из динамиков ноутбука.
— Ты свободен сегодня? — Юля потянулась за сигаретой.
— Никаких планов. Вообще никаких.
— У меня тоже.
— По-моему, это прекрасно.
— Я тоже так думаю.
После этого я оделся и собрался в магазин. Юля накинула халат и вышла проводить меня в прихожую.
— Позвонишь в домофон, когда вернешься, — сказала она.
— А какой номер квартиры?
— Пятьсот семьдесят два.
— Хорошо, договорились. Магазин далеко?
— На проспекте, через два дома.
— Понял.
Я вышел из квартиры в парадную. Вызвал лифт. Пока ожидал прибытия кабины на этаж, успел прочитать надписи на стенах. «Коля любит Иру», «Цой жив» и что-то еще в таком роде. Культура художественной росписи стен во всех районах и городах нашей огромной страны, в общем-то, имела общую тематическую составляющую и одни фольклорные корни.
На улице было морозно и свежо. Я прошел через двор, миновал площадку с мусорными контейнерами, обогнул дом и вышел на проспект. В памяти были слова Юли о том, что магазин через два дома, теперь оставалось определиться, в какую сторону идти. Я достал из кармана куртки пачку сигарет, извлек из нее одну штуку. Затем наугад выбрал направление и пошел искать магазин. Встречных прохожих не было, поэтому спросить, правильно ли я иду, было не у кого.
Впрочем, этого и не понадобилось. Через два дома проспект выплеснулся на оживленный перекресток, утыканный торговыми павильонами и киосками с шавермой. Значит, я двигался в верном направлении.
Я зашел в первый подвернувшийся магазин. Внутри было безлюдно, только одинокая продавщица с усыпанным прыщами лицом лузгала семечки возле кассы. Ассортимент не поражал воображение, но все необходимое здесь можно было отыскать. На прилавках громоздились коробки с шоколадными конфетами, упаковки лапши быстрого приготовления и батареи пивных бутылок. Было и вино, и шампанское. Недолго подумав, я взял две бутылки шампанского брют. Присовокупил к этому еще пачку сигарет для себя и одну для Юли. Продавщица сложила мои покупки в полиэтиленовый пакет. Вроде все.