— Молодец, — говорит она мне.
— Можешь забрать себе, если она тебе нравится.
— Я не могу.
— Как знаешь. Мне она не нужна.
— Зря ты так…
Мне надоело пить шампанское, и я принимаюсь за виски. Ничего не зря. Всем убийцам раздают специальные медальоны: знак того, что они охотники и они же — жертвы. Всем убийцам выжигают клеймо на плече…
Оставляю свое мнение при себе. Большинству плевать на него, а мне плевать на мнение большинства. Пусть увешаются этими медальками хоть с головы до пят! Мне плевать. Пью виски. Будоражу сознание. Курю.
Большинство выпивает и возвращается к дорожкам с боулингом — продолжать игру. Софья зовет и меня. Я иду, ведь за этим я, по сути, и пришел. К нам присоединяется Андрей Иванович.
Мы играем, и я уделываю Ивановича. Вот так! Хоть где-то, хоть как-то…
Выпитый алкоголь только подстегивает мой азарт, я играю вдохновенно. Швыряю шары словно бомбы. Кегли разлетаются с грохотом, как будто осколки после взрыва. Это и есть взрывы. Я взрываю этот мир тотальной фальши…
Пару раз делаю «страйк»: все кегли ложатся под моей подачей. Софья восхищенно аплодирует, Андрей Иванович уважительно хлопает по плечу. Он признает мое игровое превосходство. Ему с Софьей и остальными приходится догонять, но сегодня это нереально.
Сыграв партию, беру таймаут. Надо отдышаться, посидеть. Юля курит, я сажусь за стол рядом с ней. В ее руке бокал с остатками шампанского. Плескаю себе виски в стакан, разбавляю кока-колой. Мы чокаемся.
— Отлично ты их разделал, — говорит она, опустошив бокал.
— Ага. Я в ударе сегодня.
Проглатываю виски, наливаю еще. На этот раз не разбавляю кока-колой. Выпиваю. Крепкий алкоголь дерет горло.
— Скоро все напьются, и такой игры уже не будет, — констатирую я.
— Это точно. Сам-то как, в порядке? — Юля выпускает струйку дыма.
— В полном.
— Вот и славно. Посидишь тут, я в туалет схожу?
— Валяй.
Она уходит, я остаюсь. Наедине с виски, сигаретами и своими мыслями. Впрочем, мои мысли не в счет: под напором опьянения они превращаются в круговорот цветных картинок вроде калейдоскопа. Гнетущей тяжести в них больше нет, только облачная легкость. Очередной самообман, но так к лучшему, я знаю. Даже самые отчаянные бойцы имеют право на передышку.
Проходит минуты две, а Юли все нет; неожиданно ко мне подсаживается Андрей Иванович, которому надоело играть.
— Чего скучаете? — спрашивает он.
— Я не скучаю. Я отдыхаю.
— Устали выигрывать?
— Вроде того.
Он улыбается.
— Давайте выпьем?
Можно и выпить, почему нет. В этом, по крайней мере, нет той фальши, что звучала во время официальных речей. Сейчас мы не начальник и подчиненный, наши отношения характеризуются несколько иной формой связи.
— Давайте.
Андрей разливает виски. Предлагает разбавить кока-колой, я отказываюсь. Он решает не разбавлять и себе. Мы чокаемся и выпиваем. Молча.
— Без тостов, — морщась, говорит Андрей Иванович.
— Кому они нужны?
— А и верно — никому.
Он достает из кармана свои сигареты и закуривает, я следую его примеру. Жду, что Андрей скажет дальше. Говорить что-то самому нет желания, я бы отделался простыми ответами на поставленные вопросы.
— Как вам праздник? — спрашивает Андрей Иванович.
— Праздник как праздник. Вы же знаете, корпоративы — такая же часть офисной работы, как и утренние летучки, отправка факсов или ведение переговоров.
— Это верно.
— Поэтому я просто отдыхаю, пока есть возможность.
— Понятно. Но ведь это еще и способ сплочения коллектива.
— Возможно. Хотя я не совсем с этим согласен. Все приходят с разными целями.
Андрей затягивается и выпускает струйку дыма. Затем снова разливает виски. Мы выпиваем.
— Ваша цель, я так понимаю, отлична от целей остальных?
— Не знаю. Я не думал над этим. Моя цель характеризуется большей неопределенностью, чем вы думаете.
Иванович тушит окурок в пепельнице. Я замечаю на его пальце золотой перстень с большим красным камнем.
— А как вам наш коллектив в целом? Есть ли слабые звенья, по вашему мнению?
Я начинаю понимать, куда он клонит. Зондирует почву. Ждет пьяных признаний. Это понятно. Офисный мир насквозь пропитан склоками и интригами. В нем всегда есть потаенные обиды и подковерная борьба. Но в качестве источника информации он выбрал явно не того человека, на эту роль лучше бы сошла Юля. Или даже Кирилл.
— Я затрудняюсь ответить на ваш вопрос. Под разными углами обзора получаются разные результаты, слабым звеном могу оказаться и я.
— Самокритично.