—Вот ирония судьбы, ей же Богу. Она говорила мне, что владеет кораблем, но, проклятие, я ей не поверил. Решил, что опять ее заносит.
—Похоже, она даже поскромничала, — заметил Конни. — И ничего смешного в этом деле нет, Джеймс. Тебе не удастся легко...
—Удастся, разумеется. Просто надо выбрать момент, когда она одна останется.
—Тогда не сегодня, капитан. Они сегодня прием устраивают.
—Прием, должно быть?
—Вот, вот. Полгорода наприглашали.
—Отметить хотят, что вся семья дома собралась, — добавил Генри. — Такое у них, судя по всему, не часто случается.
—Теперь мне ясно, что вы так чертовски долго там делали, — с отвращением проговорил Джеймс. — Я вас послал узнать, где девушка живет, а вы вернулись с историей всего ее семейства. Ну ладно, что там еще для меня интересного? Трудно ожидать, что вы выяснили, что она в Англии делала. Но, может, случаем, узнали об этом?
—Разыскивала своего суженого.
—Кого, кого?
—Своего жениха, — внес ясность Генри.
Джеймс медленно наклонился вперед. Всем троим стали очевидны признаки надвигающегося. Если с момента отправления с Ямайки он постоянно кипел гневом, то сейчас одно произнесенное слово взвинтило его гнев до состояния необузданной ярости.
—У нее... есть... жених?
—Уже нет, — поспешил ответить Генри.
—Она его нашла, но тот уже взял в жены англичанку, и это после того, как шесть лет она дожидалась... Ой! Господи, Генри, ты что, ногу хочешь мне расплющить?
—Лучше бы твой рот на месте ноги был, мон ами!
—Она... ждала... шесть... лет?
Арти слегка дернулся всем телом.
—Ну, он ей глянулся, капитан, а там война... Им и невдомек, что с парнем в эти годы происходило, только в этом году что-то прослышали. Вообще-то мало кто знает, что она на его поиски отправилась. Генри пришлось с одной из служанок ласково пошушукаться...
—Шесть лет, — еще раз произнес Джеймс, на сей раз адресуя это исключительно себе. — Похоже, Конни, что Джордж весьма сильно была влюблена, а?
—Будь я проклят, Джеймс, но не могу поверить, что ты допускаешь, чтобы это тебя как-то волновало. Мне, помнится, ты частенько говаривал, что женщина, отлетающая от кого-нибудь рикошетом, падает прямо в руки. Но ты же не хочешь, чтобы девчушка в тебя влюбилась, так ведь? Когда такое происходит, это тебя здорово раздражает.
—Именно.
—Тогда какого черта ты злишься на весь мир?
29
—Где, черт возьми, ты пропадал, Клинтон? — требовательно, почти воинственно воскликнул Дрю, когда его брат появился в просторном кабинете, служившем в доме местом, где собирались мужчины.
Клинтон взглянул на Уоррена и Томаса, отдыхающих на коричневой тахте, в поисках объяснения столь необычного приветствия, которым его встретил Дрю. Однако оба они лишь пожали плечами, так как Дрю не счел нужным сообщить им, почему он ждет возвращения Клинтона с таким нетерпением.
Подходя к своему столу, он не торопясь объяснил:
—У меня вошло в привычку заниматься делами, когда я возвращаюсь из плавания. Утро провел в офисе «Скайларк». Если бы ты соизволил справиться у Ханны, она бы тебе об этом сказала.
Услышав это, Дрю ощутил некоторый укор. Слегка покраснел, однако только оттого, что не сообразил обратиться к их экономке (и поварихе одновременно).
—Ханна была слишком занята подготовкой к приему гостей, чтобы ее отвлекать разговорами.
Клинтону пришлось сделать усилие, чтобы подавить улыбку— столь маловразумителен был ответ. Дрю весьма редко обнаруживал невыдержанность, и оттого такие случаи вызывали удивление. Оснований подхлестывать его нынешний приступ раздражительности не было никаких. Уоррен в такие тонкости не вдавался.
— Мог бы меня спросить, ты, дурья башка, — хмыкнул Уоррен. — Я мог бы тебе сказать.
Дрю уже двинулся к тахте, хотя Уоррен еще не кончил фразы, и тот поспешил подняться, чтобы встретить младшего брата лицом к лицу.
—Дрю!
Окрик пришлось повторить еще более громко, прежде чем Дрю обернулся, чтобы метнуть злобный взгляд на Клинтона. Когда последний раз те двое в его кабинете разошлись во взглядах, ему пришлось ремонтировать письменный стол, а две лампы и столик — вообще заменять.
—Вам бы обоим неплохо помнить, что сегодня вечером мы отдыхаем, развлекаемся, — стал жестко убеждать их Клинтон. — Когда здесь соберется весь этот чертов город, то, как и во всех других комнатах в доме, несомненно и в этой будут гости. Был бы очень вам обязан, если бы до этого мне не потребовалось ее заново меблировать.