– Под любой? Тогда он сильный маг? – горько усмехнулась она.
Сердце моё неровно забилось под взглядом усталым синеглазой красавицы. А ведь я и не стремился никогда к ним!
Я спросил у неё взволнованно:
– А как ты думаешь, какой я на самом деле?
Девушка проворчала:
– Может быть, почти такой же, как и сейчас.
– Почему… почти такой же?
– Откуда мне знать? Я не маг.
И про уши догадалась?!
– Н-но… ты права!
– Разве? И что, по той легенде, я теперь могу узнавать под иллюзией любого мага и простого человека?
Я долго смотрел в окно на сирень цветущую. Сердце неровно билось от того, что я понял. Странно. Мне же не было никакого дела… и зачем это всё сейчас? И это моё волнение?.. Ни романа с короткою вспышкою страсти, ни семью я никогда не хотел. Смыслом всей моей жизни стала месть после того пожара. А семья и любовь… как-нибудь потом, если доживу. Хотя я не ждал, что из Эльфийского дворца меня отпустят после убийства их короля.
Она стояла на том же месте. Робкий взгляд вцепился в меня. Грудь взволнованно поднималась и опускалась. Сердцебиение. Дыхание неровное. Нет, правда, зачем это всё? Зачем это всё сейчас?!
Но она ждала, чтобы я хоть что-то ответил. И я дрогнувшим голосом признался внезапно:
– Одного единственного. И ты единственная, кто не магичка, но сможет меня узнать.
– Почему?
Долго… очень долго смотрели мы друг другу в глаза. Сердце моё не успокаивалось. И я признался глухо:
– Потому что ты единственная, кто меня любит.
Смутившись, взгляд потупила. Но не ушла. Не хотела уходить.
Устало сказал:
– Ты же понимаешь: я уйду через неделю-две, когда окрепну после раны.
– Понимаю, – едва слышно ответила она.
Не ушла. Не сдвинулась. Но не пыталась меня как-то задержать возле себя.
Не удержавшись, растерянно спросил:
– И… ты так просто меня отпустишь?
Светополька робко посмотрела на меня, но сказала твёрдо:
– Ты свободен и я свободна. Я не буду ругать ни себя, ни мою любовь. Надеюсь там, куда ты уйдёшь, ты будешь счастлив.
– Вряд ли. У меня есть дело, о котором мечтаю с детства. Больше у меня ничего нет. И, пожалуйста, не называй меня моим прежним именем.
– Тебе ненавистно собственное имя?
– Мне не хочется, чтобы оно напоминало мне о прошлом.
– Тогда почему ты не взял совсем другое, а лишь добавил несколько букв к прежнему? Получается, о чём-то из своего прошлого ты не хотел забывать?
Сложно внезапно оказаться рядом с тем, кто видит тебя насквозь! Да и ни к чему мне эта вспышка любви.
Глухо произнёс, отвернувшись:
– Обо всём забыть не только не могу, но и не хочу.
Алина поспешно добавила:
– Не желаешь мне ничего рассказывать – не рассказывай.
Проворчал:
– Ну, спасибо за разрешение!
Она какое-то время переминалась с ноги на ногу – я на неё не смотрел – потом осторожно застучала горшками, готовясь к приготовлению завтрака.
Надо было уйти. Ещё тогда уйти и не называть себя. Уйти сейчас. Но сердце билось как-то устало. И она постаралась принять мой выбор, даже если эти недели после первой встречи всё ещё ждала новой встречи со мной.
– Я могу только рассказать тебе несколько историй, – внезапно вырвалось у меня.
В прошлый раз мы же обсуждали с нею песню. И я могу подарить ей немного моего искусства.
Робко посмотрел на неё.
Алина смущённо улыбнулась:
– Я люблю послушать разные байки и легенды.
Я стал мальчишкой семи лет, Алине было примерно столько же. Мне всё равно, что она родилась намного позже меня, и мы не могли одновременно быть детьми.
Взявшись за руки, мы бежали по большому лугу. Бежали в рассветных лучах. Нас окружал медовый запах трав: сладкий, чуть терпкий запах цветущей пижмы и немного горький запах тысячелистника. Вокруг на стеблях и листьях искрились и переливались капельки росы. Луг раскинулся широко. Казалось, он никогда не закончится…
Мы бежали, не останавливаясь. Порой переглядывались и весело смеялись. Наш смех летел над лугом. Летел далеко-далеко…
На следующий день опять рассказывал им легенды. Какие-то вспоминал, какие-то придумывал. Эндарс с раннего утра сидел на кухне со мной и Алиной. Вроде бы он ещё недавно бросал на меня задумчивые взгляды, а теперь отчего-то заинтересовался легендами. Да даже если его и не злила моя драка с приятелем, я и иначе мог его заинтересовать. Похоже, кроме нас в столице Светополья магов не было. А он, кстати, тоже притворялся обычным перед другими.
А Алина, кстати, осмелела, заулыбалась. Уже не отводит и не опускает взгляд, когда я смотрю на неё. Наши взгляды встречаются всё чаще и чаще. Её синие глаза искрятся любопытством. О, какая она красивая! Особенно, когда живо заинтересована в чём-то, когда выглядит счастливой.