Враги, враги. Сам называю их врагами. Чем я лучше них? Вряд ли я лучше. Надо же, какая бездна чего-то непознанного иногда таится в нас самих! По какому хрупкому прутику мы ходим между совестью и бесчестьем! Вероятно, по нему же ходил и Эндарс. А, впрочем, чего я перевожу внимание на него? За свои ошибки он ответил сам. За мои ошибки предстоит отвечать мне самому.
– Кан…
За попытку положить руку мне на плечо чернореченец получил прикосновение лезвия к горлу. Впрочем, он не дрогнул.
– Мы тут подумали… – мужчина покосился на своих товарищей по несчастью. – С друзьями. У нас нечем заплатить тебе, но если бы ты помог нам переместиться в одно место и спалить ещё кой-какие расчёты, мы бы были тебе благодарны.
– А как же ваша наука?
– Наука и Черноречье вполне проживут без нас, – кривая усмешка. – Я больше не желаю служить королю, который меня не защитил.
– Хотя бы перемести: нас там пока ещё не ждут, – добавил третий мститель. – Мы уничтожим наши исследования и книги и уйдём.
– Вас самих живьём сожгут, если поймают. У Мстислава нрав крутой.
– Нас уже едва не сожгли, – алхимик покосился на другого, с обожжёнными ногами. – И после этого во мне… что-то сгорело.
Мне не было дела ни до чернореченской науки, ни до развития алхимической науки вообще. Но я понимал, какой огонь теперь пылает в душах у этих троих. К тому же, лучше, если у чернореченцев не будет такого жуткого оружия. Да и… за Эндарса хоть как-то отомстить хотел.
Первый тайник алхимиков, запрятанный среди леса в подвале дома, разрушенного пожаром и временем, мы нашли достаточно быстро. Пока я и один из алхимиков стояли сверху, оглядываясь по сторонам, двое скрылись внизу. И вынесли какой-то деревянный ларец со свитками. В какой-то миг я подумал, а не сожгут ли они чего-нибудь ещё, потом осознал, что мне, в общем-то, всё равно. Но надежда, что в бою больше не будут использовать опасные кристаллы, греет душу.
Ларец сгорел довольно быстро. Один алхимик смотрел на пламя, улыбаясь, двое других даже как-то грустно. Всё-таки, каждый расчёт – результат долгих исследований и опытов, плод пережитых опасностей и увечий и, порою, последняя частица жизней каких-то напарников и предшественников, оборвавшихся раньше срока. Кажется, те двое думали что-то такое.
Последняя часть расчётов хранилась в подземелье. Туда дорогу знал только один, тот, смеявшийся над собою. Я отправил двух его товарищей по несчастию в какой-то приграничный город Черноречья и обещал, что если всё пройдёт хорошо, я за ними вернусь и перемещу их, куда попросят. А нет – так и сами спокойно из страны убегут.
Мы довольно-таки долго шли по старому подземному ходу через заброшенную шахту. Рядом, чтобы свет моего искусственно пламени освещал нам дорогу: я намеренно создал неяркий, показывающий сравнительно небольшое пространство вокруг нас, чтобы нас не так быстро смогли заметить. Там было холодно сыро. Иногда перед нами шмыгали крысы, раз – проползла гадюка.
Мой спутник и провожатый был как-то подозрительно задумчив. Я в какой-то миг подумал, а не нарочно ли он меня сюда заманил? Впрочем, я уже создал «магический щит», да и следил за каждым его движением внимательно. А потом…
Я остановился, напряжённо вслушиваясь.
– Что такое? – шепнул он.
– Там… маг, – я удивлённо вслушался в укол моего Определителя.
– Т-а-ак… – мрачно протянул алхимик.
Он выхватил свой кинжал. Я метнулся в сторону, сжимая ладонь, чтобы потушить пламя. Затаил дыхание. В темноте я ещё чётче слышал его. А вот он…
В темноте алхимик помчался куда-то. Кажется, недавно увиденная змея, на чей хвост он едва не наступил, его уже не смущала. Но… почему?..
Я зажмурился, вслушиваясь в его топот. Так, куда-то завернул. Направо. Ещё немного. Налево. Какой-то подозрительный скрип. Звук тяжёлого камня, отползающего в сторону. Хлопнула дверь. Вскрик. Брань. Шум борьбы.
Кинулся туда. Надеюсь, от «щита» змей и крыс отшвырнёт. А нет, так ничего, часть ядов я умею убирать.
За отъехавшей толстой каменной плитой обнаружился пустынный зал, обложенный камнями по полу, стенам и потолку. Через распахнутую деревянную дверь в дальнем конце его светил свет. Мелькали силуэты двух мужчин, дерущихся на кинжалах. Вообще-то, это не моё дело, драться с защитниками тайников, но всё-таки я обещал. Да и драка…
Когда я переступил порог в хранилище, заставленное ящиками из всевозможных материалов и с длинным огромным книжным шкафом в конце, противник уже повалил моего спутника на пол, приставил лезвие к его шее, открыл было рот, чтобы что-то сказать.