Подвал, находящийся внутри полуразрушенного амбара, несильно привлек меня своим видом, поэтому я решила выбрать чердак, куда и полезла по немного прогнившей лестнице.
Внутри было много пыли, а над головой весели толстые слои паутины. Я надеялась, что мне на голову не упадет один из пауков. Радость накрыла меня с головой, когда я увидела много чего мелкого и на первый взгляд ненужного, от прошлых жителей этой ямы. Некоторые вещи были в мешках, поэтому, увидев целый стул, я скинула с себя толстовку и кинула ее на него, удобно уместившись сверху.
В первом мешке оказались какие-то детские игрушки. Многие из которых были от «Лего». У кого-то был сын? Но ведь Макс сказал, что здесь жила его сестра и бабушка. Сколько его сестре лет? Неужели она предпочитала игрушки для мальчиков? Что же, это не так уж и странно. Сейчас много девочек вели себя как мальчики, в детском возрасте.
Мне под руку попался какой-то кораблик. Он был приличных размеров и, если смести с него пыль, довольно симпатичный. Отложив его в сторону, я сделала вывод, что он не обязан пылиться в затхлом мешке, а должен стоять на камине в гостиной.
Игрушки мне разглядывать не хотелось, а кажется, именно они и занимали весь первый мешок. Отодвинув все ногой, я подкатила к себе следующий. Увидев, что внутри, я больно закусила губу. Там были фотографии. Полный мешок фотографий. Кажется, кто-то очень любил щелкаться.
Некоторые из них были старыми, они давно уже выцвели, приняв желтизну. Взяв первую фотографию, я увидела мужчину в военной форме, рядом с молодой женщиной. Фотографию кто-то чем-то облил, потому что некоторые ее места были размытыми. Повернув фотографию задом, я увидела надпись, написанную размашистым почерком:
«Андрей Лесницкий и Мария Керимова, 1946 год. с. Ивановское».
Этот самый Андрей, был невероятно красив и ему невероятно сильно шли эти черные сапоги до колен. Военная форма тех годов, делала его каким-то статным, что ли. Проведя пальцем по обоим, я отложила фотографию и взяла следующую.
Сделана она была совсем недавно. Если я не ошибаюсь, фотографировали девушку на полароид. Сзади тоже была надпись. Но в это раз почерк был совсем не размашистый, наоборот очень красивый, изящный.
«Настасья Петровна. Красная площадь».
Было сделано в этом году. Жаль число и месяц не написаны.
То, что попалось мне на руки следующее, немного удивило меня. На фотографии был изображен Макс, та девочка из полароида и какая-то бабушка с волосами цвета воронова крыла.
Это и была его сестра? Что же, она очень очаровательная и маленькая, лет двенадцати-тринадцати. Пухлые щеки, платье в горошек. Сзади никаких записей не наблюдалось, но на ощупь, фотография все еще немного похрустывала. Значит, тоже была сделана недавно.
– Нашла что-то интересно? – спросил папа, проходя внутрь и отмахивая паутину.
– Здесь надо все убрать. Быть может, я сделаю себе из чердака комнату, – осматривая его, сказала я. А почему бы и нет? Вышла бы очень даже милая комнатушка.
– Что это? – спросил он, забрав у меня фотографию и присаживаясь рядом на одно колено.
– Это оставили прошлые хозяева. Ты не знал об этом?
– Нет, у меня еще руки не дошли до чердака.
– Интересно, почему они оставили такие ценные вещи. У кого ты покупал дом? Кто продавец?
– Мужчину зовут Владислав, он живет недалеко отсюда.
– Странно, я бы не смогла оставить такие воспоминания здесь.
– Сожжем их, – сказал он, поднимаясь.
– Нет! – сразу же спохватилась я. – Пусть они останутся. Хочу пересмотреть все.
– Ладно. Когда надоест – скажи, и мы от них избавимся.
Вскоре я снова осталась одна. Просматривая очередное фото, я увидела на руке одной девушки тот самый браслет. Однако, эта была совсем не так девочка, которую я посчитала сестрой Макса.
Собрав все самые свежие фото и те, на которых был изображен Макс, я спустилась с чердака и направилась в дом, слыша за спиной лай собаки, которая находилась за сеткой, разделяющей наш дом от соседского.
♪♪♪
После уроков на следующий день, мне понадобилось не так-то много времени, чтобы найти Максима. Слава богу, он стоял один около стены, ведущей в гардеробную. Увидев меня, он на секунду удивился, а потом убрал телефон и выпрямился.
– Привет, – чувствуя неловкость, я засунула ладони в задние карманы джинс. Макс ничего не ответил на мое приветствие, явно ожидая главной причины моего прихода. – Я хочу тебе кое-что отдать. Только давай не здесь?