– А ну тихо! – Резцов встал и подавил всех своей волчьей аурой. – Развели мне тут дом свиданий! Не успела девчонка на работу заступить, а вы уже начали ерундой страдать, как стадо баранов, ей богу!
– Дело молодое, да влюбленное, – усмехнулся Сан Саныч. – Только бы глотки не поперегрызали друг другу.
– Я то что? – Никита сидел с очень серьезным видом, показывая, что стрелы амура его ни коим образом не коснулись.
– А ты ничего, – строго посмотрел на него Резцов. – Мне сегодня выскажет кто-нибудь свои соображения по произошедшему?
Никита только набрал воздуха в рот, чтобы поделиться этими самыми соображениями, как полковник его тут же перебил:
– И ни слова о Юнике!
– Дак я это… и не собирался, – парень почесал затылок. – Что я хотел сказать-то, бандиты эти непростые. Очень.
От переизбытка эмоций и волнения, на шее и щеках молодого человека расцвели алые пятна, но он изо всех сил старался выглядеть серьезно, не ударить в грязь лицом и высказать максимально умные вещи.
– Хитрые они и опасные, – обстоятельно заявил Никита, и, заметив, что никто его перебивать не собирается, продолжил. – Выходит, что и готовились они к этому налету не один день… кхм… – пришлось прочистить запершившее от переживаний горло и потереть горящее ухо. – Я, конечно, имею во всем этом мало опыту, только сдается мне, что и действуют они не первый раз. Уж больно матерые. И работают нагло. Это ж надо, оставили взрыв-цветок… у нас в деревне после войны знаете сколько пацанов на этих штуках в полях подорвались? С-су…
– Спасибо, Никита, молодец! – Резцов одобрительно посмотрел на молодого оборотня. – Хорошие выводы. У кого еще какие выводы по этому делу?
– Да Никита и правда молодец, все сказал верно и не добавишь, – констатировал Тео, от чего у молодого оборотня загорелись глаза, и совсем покраснели щеки: наконец на него посмотрели, как на равного. И кто? Сам Берегов – легенда криминальной полиции.
– Слишком четко заметают следы, гады! – высказался и Сан Саныч. – Зачем было убивать кассирш?
– Свидетели… – развел руками Гришка. – А зачем было оставлять огненный цветок? Убили же всех, в чем смысл взрыва?
– Может… – Никита немного замялся такая говорливость была ему не свойственна ранее, соответственно и внимания сегодня досталось много. Непривычно. – Нагадить хотели, ну… как кот, если что не по его хотелкам, так он в тапки…
По кабинету разнесся громкий гогот здорового мужского смеха. В двери показалось испуганное лицо Беллы. Глаза девушки только расширились от удивления и со словами: «Ну вы даете!» – секретарша захлопнула дверь с обратной стороны.
– Никита, ты молодец, конечно, – все еще со смехом проговорил Берегов. – Только при Илье больше версии про кота, гадящего в тапки не выдвигай, ладно?
– Так я не со зла же! – лицо молодого сотрудника было похоже на помидор, даже глаза искрились от смущения. – Тем более, Ильюха не кот, а… барс вроде…
– Что кот, что барс, все одно – обидится, – Резцов похлопал по плечу смущенного юношу. – На сегодня версий достаточно. Жду ваши отчеты и наблюдения по этому делу завтра. Можете идти, а ты Тео останься.
4.2
– Не. Спрашивай! – отрезал Берегов, как только за последним сослуживцем закрылась дверь.
– Тогда расскажи сам, – потребовал полковник, доставая из личных запасов коньяк. – Я не дурак, да и ребята, думаю, кое о чем догадываются, если уже не догадались. Поэтому долго играть в грозного разозленного оборотня не получится. Может…
– Нет, – даже не дав договорить Резцову, майор категорически отказался от не озвученного предложения и залпом выпил предложенную рюмку горячительного.
– Тогда…
– Нет!
– Дай ты уже договорить, в конце-то концов! – полковник не выдержал и вспылил, а потом опрокинул тоже стопку залпом и… успокоился. – Ты хоть понимаешь, что долго не сможешь сдерживать зверя. Это как наваждение, проклятие, не знаю, как еще назвать, но… это сложно очень. Твой волк ее выбрал, и ты не сможешь ему противостоять, к тому же, зверь никогда не ошибается в выборе пары. Это навсегда, ты понимаешь?