– Я подумаю над этим, – сдержанно ответил Берегов, явно не воодушевившись возможностью отплясать вечер пятницы.
– Подумай, а то матушка уже совсем обиделась, что дорогой Тео ее позабыл и почти не навещает.
– Работы в последнее время много, – Берегов нахмурился, словно откусил лимон еще на завтрак, а понял, что он кислый только сейчас.
– Ну не настолько же, чтобы забыть мою матушку, – улыбнулся Янис так, что Белла расцвела розой, а Юника чуть не поперхнулась воздухом. – Так что ты думай, Тео, а я порадую маменьку тем, что в пятницу меня будут сопровождать две прекрасные дамы.
– Зайди ко мне в кабинет, – предложил Тео Дрожжину, уже не глядя в его сторону. – А вас, Юника, я жду через час с полным отчетом по вчерашнему происшествию.
– Х-хорошо, – кивнула девушка, мечтая сбежать скорее от этой компании, и в частности от слишком проницательных серых глаз.
– Не «хорошо», а «есть»! – строго поправил ее Берегов.
– Да, конечно, – согласилась Юника спешно покидая своих собеседников.
– Вот это да! – оказывается Белла направилась вместе с ней, а сенсор этого и не заметила, поглощённая своими мыслями.
Только Беллы ей и не хватало!
– Это же обалдеть, как здорово!
– Что именно? – Юника не понимала радости секретарши.
– Как что? – Белла посмотрела на нее как на дурочку. – Танцевальный вечер у самой Дрожжиной!
– А… нет! – заявила рассеянно сенсор, от растерянности у нее никак не получилось вставить ключ в замочную скважину. – Я не пойду…
– Что?! – секретарша, деловито уперев руки в бока, встала прямо перед Юникой. – Пойдешь, куда ты денешься! – тон ее голоса тоже изменился, превратившись из игривого и веселого в возмущенный и беспрекословный. – Я столько раз пыталась попасть на вечер к этой тетке, а мне никогда не везло, даже когда уже работала с Янисом. А тут в один момент так подфартило. Нет уж, дорогуша! Пойдешь, как миленькая!
Юника наконец-таки вошла в кабинет, в надежде хоть так отвязаться от Беллы, но та и не думала избавлять ее от своего присутствия, войдя следом.
– Ты что не понимаешь? Такое бывает чуть ли не раз в жизни!
– Так, а в чем проблема, не пойму? – пожала плечами Юника. – Дрожжин же не меня одну пригласил. Иди, если тебе надо.
– Я далеко не дура, чтобы понять – Дрожжин снизошел до приглашения вовсе не из-за меня. Ради тебя старался. Ты у него вызвала неслабый интерес. Поэтому, хочешь ты или нет, а пойдешь. Такой шанс упускать нельзя. Там знаешь, какой бомонд собирается? Связи, знакомства… а ты нос воротишь!
Вот только этого всего сейчас и не хватало: чужого интереса, связей и бомонда. Именно с этим у самой Юники всю жизнь проблемы были. Того бомонда ей хватило за весь период обучения. Пока ты вызываешь у кого-то интерес, ты попадаешь в тот самый бомонд. Там заводишь новые знакомства и приобретаешь связи. Но это пока ты вызываешь тот самый интерес. От всех этих танцев с бубнами Легато была очень далека, прекрасно понимая, что между ней и тем самым бомондом лежит непроходимая пропасть.
Страна, в которой победило классовое равенство, не должна была иметь элиту. Но все же она откуда-то бралась. Знать именно откуда, отчего-то не хотелось.
– Не люблю я по таким мероприятиям ходить, если честно, – кисло призналась Юника. – Мне там скучно, да и танцевать я не умею.
– Нечего там уметь! – возразила Белла. – Никто тебя не заставляет там до самого конца присутствовать. Явись, побудь полчасика и иди потом себе домой, когда уже никому до тебя дела не будет. Но сама понимаешь, Дрожжин ведь позвал не так просто – нельзя отказываться.
Секретарша даже не стала слушать возражений. Развернулась и вышла, оставив Юнику ломать голову над тем, как избежать вечера грядущей пятницы.
6.3
– Янис, ты что творишь? – Берегов страшно злился. – Какого черта ты делаешь?
– А разве пригласить девушек на танцевальный вечер моей матушки, это плохо? – Дрожжин деланно возмутился, состроив святую невинность.
И вообще выглядел вполне сносно, будто и не было вчерашней незапланированной попойки. В отличие от друга, майору раскалывалась голова. Он принял на грудь вчера гораздо больше Дрожжина, спал меньше, и душевные терзания его не покинули ни на минуту. Всю ночь волк внутри него метался и скулил, желая сию же минуту направится к женщине, что его так влекла. Поэтому, ни о каком перекидывании на утро не шло и речи. Перемена ипостаси могла бы избавить от тяжелого похмелья, но вот потерявший контроль зверь, натворил бы кучу непоправимых бед.