– Что-нибудь интересное выяснили?
– Да в общем-то информации не так чтобы очень. Но при опросе начальника этого самого завода, зарплату которого и украли в тот день, выяснилась одна интересная деталь. Незначительная, но все же, думаю, требующая нашего внимания.
– Мы все во внимании, не тяни резину, Саныч, – Тео улыбнулся, понимая, что сотрудник выяснил, что-то действительно важное. Саныч умел копнуть там, куда другие не доходили.
– Раньше вся зарплата поставлялась из главного банка прямо на территорию завода в их личную бухгалтерию.
– Та-ак, – Бергов даже выпрямился на стуле в предвкушении, вот оно – кое что нащупывется. – А почему в этот раз деньги пошли на городскую кассу?
– Около месяца назад властями нашего города было решено упразднить систему финансового госаппарата, – торжественно пояснил мужчина. – Городскую бухгалтерию решили не трогать, а вот на местах расформировали.
– Бред какой-то! – возмущенно произнес Илья. – Это же сколько работы людям добавили.
– Бери дальше, – мрачно подметил майор. – Сколько людей работу потеряло. Представь бухгалтерию крупного завода. Скорее всего большую часть уволить пришлось.
– Более того! – Саныч подбирался к самому важному, только что не занес указательный палец вверх для торжественности момента. – Оказывается на заводе организована очень хорошая систем охраны, туда не проскочит даже таракан без фейсконтроля, не говоря уже о грабителях, пусть они хоть из-под земли вылезут. А маленькая местная касса с Птичьего усиленной охраны никогда и не имела. Этот маленький банк на острове раздавал в основном пенсии и зарплаты местным бюджетникам. Про такие суммы, как сталелитейка, где тысячи рабочих, там и не слышали. Девчата эти деньги до утра пересчитывали и распределяли бы.
Ну может и не до утра две из трех кассирш были счетчиками, так что справились бы никуда не делись. Но зарплату заводским работникам в этот день еще точно не выдали.
– Это… что же получается, в деле замешана мэрия? – Никита даже привстал.
– Соображаешь, Никита! – подбодрил его майор. – Только вот, когда мы сунемся к градоначальнику с такими расспросами, нас быстро выпроводят вон, и хорошо если отдел не расформируют.
– Но согласитесь, это выглядит странно! – продолжал Саныч сыпать доводами. – К тому же завод вполне мог оплачивать услуги своих кассиров сам, но почему-то именно их бухгалтерия сильно мешала городским властям.
Берегов молчал, анализируя информацию. История начинала плохо пахнуть. Иметь дело с властью, пусть и городской, значило нажить себе проблем. И что, что на фоне всей страны представители власти города были вполне мелкоколиберными, зато на фоне области это было равносильно как сцепиться с богом.
Тео тяжело вздохнул. Неужели придется допрашивать главу города? Проблем не оберешься. Все становилось гораздо сложнее, чем можно было просто представить.
– Кстати, а где Юника? – забеспокоился Савицкий. – Она сутра на работе не появилась.
Где-то глубоко Берегова кольнула ревность. С чего бы это Илье беспокоиться так о девушке? Но потом мысленно дал себе по голове, волку тоже, на всякий случай, и успокоился. Не стоит идти на поводу у эмоций зверя, пусть он и свой.
– Я ее отпустил сегодня на полдня, пусть выспится. Работы ей скоро будет вообще невпроворот, а ее уже и без этого шатает. Что потом будет?
С мыслью о Юнике на память пришел и пятничный вечер у Дрожжиной, на котором обязательно будет присутствовать и градоначальник. Что же, девчонке добавиться работы.
– Кстати, а почему у нас так вкусно пирожками то пахнет все утро? – Никита водил курносым носом, принюхиваясь. Но когда его желудок громко сообщил о своем голодном состоянии, парень покраснел и съежился.
– Ребята, извините, – Берегов виновато покаялся перед коллегами и достал из тумбочки куль. – Угощайтесь.
На стол майора легла целая упаковка свежеиспеченных пирожков, приготовленных ранним утром матерью Берегова, у которой он остался на ночь.
11.3
– Значит ты идешь на вечер самой Дрожжиной? – уточнила Рената, снимая мерки с тела Юники.