– Извините, – Юника снова покраснела. – Наверное, я лезу не в свое дело.
– Что вы, девочка моя, я рада поговорить о сыне хоть с кем-то. Валдо говорить о нем не любит, злиться на Тео из-за меня…
15.2
Вот это новость!
Хорошо, что рот Юники был в это время пуст, к счастью, есть еще не сели, иначе она бы обязательно поперхнулась. Это таки получается, что…
Нет! Такие совпадения бывают только в книгах, которые Юника читала запоем даже во время блокады. Особенно во время блокады, чтобы перебить мысли о постоянном голоде. Потом книги, правда, сожгли, но не все. Вот и выходило по всем канонам жанра – она навязалась в гости к матери своего начальника!
Вспомнился случай с Ингой – девушкой Гришки Бесовского, которая подбирая ключик к сердцу возлюбленного стала незаменимой опорой его матери, выведав так все его тайны, слабости и предпочтения, умудрилась его еще и соблазнить. Кстати, Никита еще вчера хихикая поделился секретом о том, что Бес таки, еще пребывая на больничном, отправился в место записи актов гражданской регистрации с Ингой под руку. Это, конечно, очень хорошо, даже славно. Юника искренне порадовалась за девушку, хотя ей бы больше посочувствовать, зная характер коллеги. Бесовскому в этом плане сильно повезло.
Только сама Юника вот-вот последует примеру Инги. Может, и правда, взять и сбежать отсюда, пока она не натворила глупостей.
– Это почему же я не люблю говорить о кузене? – как на зло, Валдо услышал последние слова Августы Игнатьевны. Правда, женщину, похоже, это ничуть не смутило.
– А разве я не права, мой дорогой мальчик? – женщина улыбнулась племяннику. – Я ведь знаю, как ты на него злишься.
– Конечно, злюсь! – Берегов даже не стал оправдываться, сделав постное лицо. – Представляете, Юника, мой двоюродный брат, герой войны и защитник Северограда совсем позабыл о родной матери! Это при том, что тетя Гутя не уехала в эвакуацию, а, рискуя жизнью, ухаживала за этим раненным остолопом в госпитале, пока тот валялся в беспамятстве. К тому же доставала для людей медикаменты и лечила их из последних сил. Тетя ждала сына с войны, писала ему письма, которые оставались без ответа. Этот великий и ужасный блюститель справедливости и порядка не написал ни разу матери, ни строчки! Как после всего этого относиться к этому… простите, идиоту?
Юника пришла в ужас. Неужели Тео настолько жесток?
Нет, он, конечно, не принадлежит к категории милых парней, которым не лень улыбаться, читать стихи и дарить подарки. Он другой. Настоящий… что ли. Грубоватый, немного резкий, но при этом заботливый и добрый. А, может… это сама Юника нарисовала себе такой образ? Она могла, недаром любила читать романы.
– Дрогой Валдо, ты же прекрасно знаешь, за что меня так и не простил сын, поэтому не горячись, – но потом неожиданно женщина тяжело вздохнула. – Он обижен не просто так, а… за дело. Но не будем о грустном. В конце концов, вы мои гости, и… давайте уже ужинать.
От растерянности у Юники совсем пропал аппетит. За столом кусок не лез в горло. Мать Тео оказалась такой приятной женщиной. В ней совсем не чувствовалось фальши. А тут такое пренебрежение от сына. Даже было как-то неловко от этого. Может их помирить, но тут же опять вспомнилась история Инги и Беса. Не хватало еще и себя выставить посмешищем. Юника не Инга, в один момент умрет от стыда и позора.
Вчерашний майор, который затащил девушку в кафе и накормил как следует, не вязался с тем, что она узнала сегодня. И от этого хотелось плакать. Образ идеального Тео Берегова разом померк и растерял былое благородство.
Пора перестать читать романы. Следовало бы налегать на научные опусы, тогда может и работать станет легче.
Зря она сюда пришла. Хотя… может и не зря. Теперь будет знать, как влюбляться в слишком взрослых мужчин. И вообще влюбленность и любовь – разные чувства. Наверное. И все же… почему было так больно?
15.3
После ужина тетя Гутя умудрилась еще и напоить своих гостей сладким чаем с печеньем. По телу Юники разошлась приятная нега, все конечности наполнились теплом, оттого захотелось прилечь на расшитое покрывало, которым был застелен небольшой диванчик, и уснуть. Но неожиданно взгляд Юники упал на комод, который пристроился у самого диванчика. На нем стояло фото. Много фото.