Имя госпожи Дожжиной, в любом случае, попадет на первые полосы завтрашних газет.
– Но ты мой друг, и, если твой волк вернулся, получится ли у тебя, в случае чего, сдержать его? – Янис говорил не без доли иронии в голосе. – Ведь столько лет он не подавал никаких признаков жизни.
Не в бровь, а в глаз!
– Обещаю тебе, как твой лучший друг, только почувствую, что волк выходит из-под контроля, покину вечер сию минуту, – совершенно серьезно заверил Берегов. – Один.
Зря он все это затеял. Надо было вместо себя отправить Илью. Савицкий поспокойнее будет и не так восприимчив к полнолунию, что ли.
– Ты же понимаешь, я не о том, – в словах Дрожжина проскользнул легкий укор. – В тебе я уверен, даже уверен в твоем волке. Дело в том, что он слишком долго отсутствовал, а ты отвык его контролировать. Как бы вы не навредили друг другу… вот черт!
– Ты чего? – Берегов даже не понял сразу, чему так удивился Дрожжин.
– Да я сам сегодня не смогу себя контролировать, Берегов! – Янис смотрел куда-то в сторону, за спиной Берегова явно что-то происходило. – Ты видел это?!
Тео не выдержал и обернулся. И лучше бы он этого не делал… потому что волк внутри едва не взвыл, а потом резко осклабился и зарычал.
16.4
– Милая Изабелла, вы пронзили меня в самое сердце! – Янис припал губами к изящной, наманикюренной красным лаком, ручке секретарши. – Вы затмили всех на сегодняшнем вечере, причем в буквальном смысле. Я уже ослеплен вашей красотой окончательно и бесповоротно.
Белла мило краснела под напором из комплиментов Яниса, распространяя вокруг себя тепло и радость. Все-таки эмпат – это очень хорошо, особенно если он сам находится в хорошем настроении. Дрожжин неглуп все понимает, оттого не жалеет сил на красивые слова.
Игра началась. И все же...
Рядом с Беллой скромно стоит Юника. И от нее сложно отвести взгляд, хоть красная парча Беллы тянет на себя все внимание. Юника не Белла, её платье не бьёт по глазам. Она изящна, одета со вкусом в красивое зелёное платье, и все же...
Юника на самом деле прекрасна. Немного расстроена, Тео хотел знать почему, но не мог произнести ни слова, пожирая девушку взглядом. Сегодня ему нужно быть сильным, внимательным, и осторожным, и… все же...
Он понимает, чтобы ни случилось, Юника его слабое место. Сложно сопротивляться собственным чувствам, и речь о желаниях волка внутри уже не шла.
– Вся эта красота только для вас, Янис! – щебетала, опьяненная своим успехом, секретарша. Она попала с нарядом в цель, на нее обращено почти все внимание мужского пола в зале. Белла собой довольна – в одиночестве с вечера она точно не уйдет. – Еле уговорила портниху на этот эскиз, очень много мороки со складками. А ещё все пошить надо было в короткий срок.
– Зато каков результат, вы просто сногсшибательны. Рад, что мой выбор пришелся по вкусу вам.
Не очаровательна, а именно сногсшибательна. Мимо такой просто так не пройти. Белла счастлива. Она в центре внимания.
– Но вы такой затейник, Янис, – Белла в шутку погрозила пальчиком мужчине. – Где вам удалось откопать эту потрясающую модель?
– Я мог бы соврать, что это секрет, – Дрожжин скорчил комичную гримасу. – Но никакого секрета в том нет, я просто порылся в матушкиных журналах.
Белла рассмеялась, их разговор выглядел совершенно непринуждённым. Это Тео чувствовал себя столбом и пялился на Юнику.
– Юника, простите! – Дрожжин тут же чуть ли не кланяется перед девушкой с виноватым видом. – Вы сегодня ещё прекраснее. Думаю, вечер в компании таких бесподобно красивых девушек даром не пройдет.
Все это игра. Тео об этом знает. Но слова, адресованные Юнике, искренни. Берегов слишком хорошо знает Яниса. Это был их общий с Дрожжиным план. Белла хороший эмпат. На столько хороший, что может не только чувствовать настроение окружающих, но ещё и распространять свою собственную ауру, корректируя это настроение.