— Поприветствуем же нашего нового члена общины. И восславим его, дабы не угасала похоть в его чреслах. Встанем и покажем огонь, что горит в наших жилах, но не испепеляет сердца!
«Да он просто псих» послышался шепот откуда-то слева. Но Анкер продолжал свою речь, только сильнее взвинчивая голос. Откуда-то сначала негромко, а потом все сильнее начал раздаваться стук барабанов. Отлично, все как он и планировал: его заметили те, кто незаметно следит за всем происходящим в лабиринте.
— А ты оказывается тот еще артист, — раздался голос Флинн. — Теперь можешь отдохнуть, дальше представление пойдет без тебя.
Откуда появилась девушка Анкер не заметил. Но это было неважно, ведь он добился своего — активировал маячок в артефакте. И он мог бы поспорить, что на его манипуляции с часами никто не обратил внимание.
Под шум барабанов девушки начали подниматься, сбрасывая плащи и начиная дикую, разнузданную пляску.
— Пошли, красавчик, пришло время кое-с-кем познакомиться, — помахала рукой перед его лицом Флинн.
Ныряя за девушкой в очередной зеленый коридор, Анкер мысленно воспроизводил в воображении ту часть лабиринта, что успел пройти, чтобы запомнить ее наверняка. Часы остались у рыжего, но это не имело значения: сотрудники Канцелярии окружат все здание и прилегающую территорию, а затем медленно сожмут тиски и найдут артефакт. А он сам выберется и найдет своих, действуя по ситуации. Судя по всему, его импровизация сработала наилучшим образом. В первую очередь он хотел отвлечь внимание от артефакта, задачей максимум было закончить блуждания по лабиринту и познакомиться с организаторами мероприятия. Судя по всему, второе тоже удастся.
Флинн уверенно шагала по траве, продвигаясь вперед по лабиринту. Они двигались по краю, обходя площадки с представлениями, но время от времени из-за зеленых изгородей слышались музыка и пьяный смех. К запаху мокрой зелени приплелись ароматы жареного мяса и вина. Прошло уже минут пятнадцать, когда свернув в очередной коридор, Флинн остановилась у пышного куста. Она наклонилась и нажала на один из узлов корней, растение задрожало и отъехало в сторону, открывая темный проход. — Не дрейфь, — девушка обернулась и слегка пихнула его в спину, приглашая идти первым.
Он нырнул в темноту, слыша за спиной, как Флинн опять на что-то нажимает, куст шуршит листвой и встает на место. В конце коридора горел факел в стене, на его свет и двинулся Анкер, продолжая прислушиваться к шагам девушки, идущей следом. Когда они дошли до источника света, тот очертил силуэт грубой деревянной двери в стене. Девушка протиснулась мимо Анкера, и отстучала незамысловатую дробь. Ритм напоминал детскую песенку: три длинных удара, два коротких, и еще повтор — три длинных, два коротких. В ответ с той стороны послышался звук отпираемого засова.
Грузный привратник пропустил их в новый коридор молча, только приветственно кивнул Флинн. Теперь девушка шла первой, время от время оглядываясь через плечо и проверяя, не отстал ли он. Пройдя пару десятков шагов, они уперлись в винтовую лестницу с высокими скрипучими ступенями. Флинн сначала легко переступала с одной на другую, но постепенно ее шаги начали замедляться, а дыхание вырываться из груди чаще. Чувствовалось, что она устала. Поэтому, когда девушка остановилась, Анкер сначала подумал, что она хочет перевести дух. Но оказалось, что они наконец-то пришли. Лестница привела их в круглый кабинет с каменными стенами. В центре комнаты стоял широкий дубовый стол, а за ним сидел какой-то человек. И когда они подошли ближе, Анкер с удивлением понял, что тот ему знаком.
Организатором торгов оказался немолодой и не очень богатый, как ранее считалось, барон Адриас Троффолд. Известен в столице тот не был, но Анкер видел его лицо в личном деле, над которым работал в те времена, когда еще только начинал свою карьеру в Тайной канцелярии. С бароном Троффолдом было связано скользкое дело: его старший сын погряз в карточных долгах, и отцу пришлось продать одно из родовых поместий, чтобы покрыть их. Ситуация была решена, но юный повеса не успокоился, и продолжил посещать чужие гостиные, снова проигрываясь там в пух и прах. То ли побоявшись отцовского гнева или просто решив проявить самостоятельность, Троффолд-младший нашел способ быстро раздобыть наличность. И стал шпионом для одного из западных государств-соседей. Когда его «взяли», он не выдержал даже легкого допроса мага, и быстро отдал душу Единоглазому прямо в пыточном кресле. Говорили, что со страху. Отца тогда посчитали к шпионской деятельности непричастным, так как ничто не указывало на то, что он как-то замешан в делишках сына.
Сейчас Анкеру стало очень интересно, как давно Адриас Троффолд начал заниматься торговлей людьми. И как часто он общается с заграничными гостями. А главное — о чем. Он, конечно же, никак не выказал своего интереса, вместо этого состроил на лице глупое самодовольное выражение и пихнул Флинн локтем в бок.
— Ты нас представишь?
— Уж окажи любезность, Флинн, — губы Троффолда чуть тронула улыбка.
Девушка громко вздохнула и отвесила манерный поклон, явно насмешничая. — Позвольте представить вас, господа, друг другу. Анкер Рикард — управляющий дома утех «Перо и лилия» из южной провинции. Маркиз Турбан — глава нашего предприятия, великий знаток искусства и красоты.
— Я бы попросил уточнить, лучшего дома утех южной провинции, — добавил спесивости в голос Анкер, — рад личному знакомству, это большая честь для меня.
Мысленно он отметил, что барон резко вырос в должности, перемахнув сразу несколько титулов, когда окрестил себя маркизом.
— Мне тоже весьма, весьма радостно познакомиться с управляющим лучшего дома утех в самой климатически приятной провинции Империи, — ответил Троффолд-Турбан и жестом предложил им устроиться в креслах напротив его стола.
По сравнению с портретом, который когда-то видел Анкер, он постарел. Но вместе с тем приобрел определенный лоск. Длинные седые волосы были заправлены за уши и завязаны в пышную седую косу, завязанную черным бархатным бантом с крупным топазом в сердцевине. Сейчас темные глаза барона-маркиза горели интересом, а губы частично прятали широкую улыбку под длинными густыми усами. Он задумчиво покручивал кружево на рукаве щегольского темно-синего камзола с серебряной вышивкой, ожидая следующей фразы Анкера. И тот не стал разочаровывать собеседника.
— Как вы придумали этот лабиринт? Право слово, я не ожидал ничего подобного!
— О, мне очень лестно, что вы высоко оценили мою идею. На самом деле, я беспокоился, не покажется ли моим гостям блуждание по саду чересчур… скучным. — улыбка на лице Троффолда-Турбана стала еще шире, — Но вы смогли меня удивить.
— Я? Тем, что подыграл представлению? — Анкер горделиво приподнял подбородок — Я всегда был неравнодушен к искусству, и не мог упустить подобный момент.
— Удивительно встретить человека со столь тонким художественным вкусом так далеко от столицы, — в этих словах чувствовалось двойное дно.
— Ну, знаете ли, наличие вкуса зависит скорее не от географического расположения, а от воспитания.
— Любопытное замечание… Позвольте поинтересоваться, где же вы смогли воспитать свой вкус?
— Эта история, пожалуй, займет немало времени, — Анкер поудобнее устроился в кресле, — Кстати, вы позволите закурить?
— Прошу вас, не стесняйтесь, — тут же последовало разрешение.
Поблагодарив барона-маркиза, он потянулся к карману за серебряным портсигаром. Еще в кармане незаметно надавил на замочек и мысленно начал обратный отсчет: пять, четыре, три, два…
Резкая вспышка света выбелила комнату, превратив людей в черные силуэты. Еще мгновение, и свет померк, вернув гостиной обычный вид. Только Флинн и Троффолд застыли в тех позах, в которых их застала магия. Мужчина успел сделать движение в сторону ящика стола, но ему не хватило времени дотянуться до предмета, лежащего внутри. Анкер спокойно встал со стула, не торопясь подошел и потянул за ручку. Внутри лежал переливающийся кристалл. Он не стал касаться незнакомого артефакта, не зная, как тот активируется. Вместо этого вытащил ящик и отложил в сторону вместе с кристаллом.