Анна не обманула, медальон действительно нашелся на одной из полок. Рядом лежал мешочек с монетами, которые Ирма сама и отдала хозяину вечером. На несколько мгновений она замялась, задержавшись на нем взглядом, а потом схватила медальон и решительно закрыла дверцу, игнорируя соблазн. Нет, воровкой она никогда не была и не станет.
Последнее препятствие – синяя дверь с рисунком пера – поддалось бесшумно. Еще не веря, что все удалось, Ирма закрыла ее уже снаружи, опустила связку ключей в стоящий рядом горшок с цветком и торопливо зашагала прочь от дома. Пройдя пару кварталов, она вспомнила о просьбе подруги и без страха царапнула острой гранью медальона по пальцу. Ничего не изменилось. Но она сделала все, что смогла.
С этой мыслью девушка поспешила дальше. Еще не зная, что далеко ей уйти не удастся.
Часть четвертая,
Глава 14
Дорога в никуда
Анкер насторожился, когда понял, что вокруг стоит гробовая тишина. Замороженные артефактом Флинн и Троффолд и так по понятным причинам не шумели, но внезапно пропали и все остальные звуки. Перестали стучать каблуки сапог, скрипеть половицы под ними, шелестеть бумаги, которые он разбирал. Стояла ненормальная тишина. Осознав это, он бросился к узкому окну и смог с высоты полюбоваться на то, как филигранно работают его люди.
Маги набросили полог тишины, чтобы движение идущих следом топтунов не выдал случайный звук. Четыре группы методично продвигались в центр лабиринта, быстро и деловито усыпляя попадающихся на пути гостей и слуг. Одна щепотка серой араморской пыли валила с ног лучше удара крепкого кулака. Волшебная сонная смесь стоила дорого, но Анкер никогда не жалел денег на эффективные вещи. К счастью, финансовая поддержка короля была щедра.
Коридор за коридором лабиринт пустел. Усыпленные пылью не успевали упасть, их тут же подхватывали и утаскивали прочь топтуны, передавая с рук на руки бегунам. Те, в свою очередь, проворно вязали пленных и уносили в портал. Каждый знал, что делать, и поэтому все работали быстро, сноровисто, без лишних вопросов. Наблюдая за ними с высоты башни, Анкер чувствовал гордость. И не сразу понял, почему его бросило в жар. Только когда нащупал рукой нагревшийся на шее медальон, стрелой в голове пронеслась мысль: «Неужели!» Он грязно выругался и кое-как смирил желание сорваться с места и побежать, перепрыгивая через ступеньки, вниз, к своим, а там – к порталу. Маркиза и Флинн нельзя было оставлять без присмотра. Поэтому Анкер только упрямо сжал челюсть и пошел проверить, не начали ли приходить в себя пленники.
Троффолд все еще не подавал никаких признаков движения и не отреагировал на щипок. А вот в бездвижности Флинн Анкера что-то насторожило. Показалось, что ее взгляд уже не такой остекленевший. На всякий случай, он проверил, насколько туго затянуты ремнем ее руки. Убедился в надежности пут и вернулся к окну. Интуиция продолжала бить тревогу, но, к сожалению, он только отмахнулся от внутреннего голоса, вернувшись взглядом к зачистке лабиринта, а мыслями – к нагревшемуся медальону, кричавшему о том, что Селина оказалась в опасности.
Анкер наблюдал из окна, как четверка топтунов с магами нашли вход в башню. И только повернувшись, чтобы пойти им навстречу, обнаружил, что Флинн уже успешно освободила одну руку от пут. Он бросился к ней, но опоздал на считанные мгновения. Она резко прыгнула в сторону, вместе с привязанным к ней стулом, подхватила со стола мешочек с сонной пылью и швырнула ему в лицо.
Его снова накрыла темнота, а когда Анкер открыл глаза, увидел перед собой обеспокоенное лицо незнакомого топтуна. Голова отяжелела, он попытался подняться, но в виске тут же вспыхнула резкая боль.
– Не давайте ему двигаться! Он слишком много вдохнул! – где-то рядом раздался обеспокоенный голос.
Он хотел возразить, но следующая попытка оторвать голову от пола снова лишила его сознания.
В следующий раз Анкер пришел в себя уже в другой комнате, по смутно знакомому потолку догадавшись, что находится в королевском дворце. Медленно обвел взглядом комнату и убедился, что это одни из гостевых покоев. Сколько прошло времени, Анкер не знал. Первым делом вспомнилось перекошенное лицо Флинн, бросающей в него мешочек с сонной пылью. Но затем он почувствовал что-то горячее на груди, и по телу прокатилась волна ледяного ужаса. Селина. Селина в беде. Забыв о слабости, Анкер резко сел на кровати. Голова тут же закружилась, тошнота подкатила к горлу, но, игнорируя мерзкие ощущения, он заставил себя встать, опираясь на широкую спинку кровати. Несколько шагов к выходу дались с трудом, на чистом упрямстве. Последние силы ушли на то, чтобы распахнуть дверь, и в следующий момент он начал падать прямо в руки подбежавшего стражника.