Вэлиант взмахнул мечом, рассекая воздух. Магия окутала клинок, усиливая его удар. Он сумел ранить обоих ангелов, и они отлетели к стене, стискивая зубы от боли. Два ангела, верхушка Легиона, такие сильные, и оба едва сдерживались, чтобы не закричать от агонии.
— Возможно, он все же работает. Этот меч способен убить бессмертного, — насмехался над ними Вэлиант. — Это делает меня могущественным, могущественнее ангела. Я — бог. И я разрушу богов и демонов их собственным оружием.
— Что случилось много лет назад? — спросила я, отвлекая его внимание на себя. Мне больше всего хотелось побежать к Неро, убедиться, что он в порядке, но я должна была заставлять пилигрима говорить. Мне надо было дать ангелам шанс исцелиться.
— Я вижу боль в твоих глазах, Вэлиант, — сказала я. — И ненависть. Почему ты так сильно их ненавидишь? Ты служишь богам.
— Те, кто служит богам, страдают сильнее всех. Моя жена и сестра умерли в услужении богам — две бессмысленные смерти в войне титанов, жертвы монстров, которых боги и демоны спустили на Землю. Все мы вышли туда, отвлекая монстров от города. Вернулся лишь я.
— Ты чувствуешь вину, потому что ты один выжил, — осознала я.
— Нет, — Вэлиант все отрицал. — Я не чувствую вины. Я в ярости.
Но я видела это в его глазах. Он не мог вынести того, что выжил, а его близкие погибли. Я почти пожалела его — если бы не тот факт, что он собирался выйти и убить кучу людей.
— Я был беспомощен, не имея возможности их спасти, — сказал Вэлиант. — Но теперь я не беспомощен. Ни теперь, ни когда-либо еще. Я прорвусь сквозь армии рая и ада. Я сброшу богов и демонов с их тронов. Я уничтожу монстров и верну Землю человечеству.
Я сомневалась, что кто-нибудь переживет такую войну. Война, основывающаяся на мести — это замкнутый круг. Она будет длиться и длиться, пока не умрут все без исключения.
Неро и Дамиэль приблизились к Вэлианту с обеих сторон, не давая ему возможность воспользоваться мечом против их обоих. Почувствовав смертоносный укус клинка, теперь они стали осторожнее. Они уворачивались от его ударов, но магия меча сделала Вэлианта сильным и быстрым как ангел. Лишь вопрос времени, когда он вновь прольет кровь.
На меня нахлынуло воспоминание. Ангел напал на нее с ее же мечом.
Вэлиант полоснул по груди Неро, разрезав кожу. Я вскрикнула.
Она подняла голову, увидев собственную смерть в глазах ангела. Меч опустился — а потом просто остановился, застыв. Он боролся с ним. Он боролся на стороне своего истинного хозяина. Он развернулся и ударил нападавшего в грудь.
Я побежала вперед, взывая к мечу в руке Вэлианта, к украденному оружию, которое никогда не предназначалось для него. Меч вылетел из его руки.
— Что происходит? — возмутился Вэлиант.
Я продолжала двигаться, вспышка адреналина приглушила боль.
— Они не твои.
Щит вонзился в землю. Вэлиант потянул за него, но он не поддался.
— Они видят ненависть в твоем сердце, — сказала я.
Броня изменилась, сгибаясь. Сжимаясь.
— И они не желают в этом участвовать.
Руки Вэлианта вскинулись к застежкам доспехов, пытаясь их расстегнуть. Серебристый металл засветился.
— Что ты со мной делаешь?! — взвыл он, колотя себя в грудь и отчаянно пытаясь выбраться из доспехов.
Меч взлетел в воздух и вонзился в его шею. Доспехи раскрылись, и тело Вэлианта рухнуло на пол.
Взгляд Дамиэля метнулся от меня к мертвому Пилигриму и груде оружия позади него.
— Впечатляюще, — он потянулся к оружию.
Неро добрался до них первым. Дамиэль не попытался его остановить, когда Неро поднял их с пола.
— Тебе придется объяснять знатный беспорядок, — заметил Дамиэль.
— Осирис Уордбрейкер и Вэлиант отправились за реликвиями. Их силы сошлись в схватке. Вэлиант умер, — сказал мне Неро.
— А что насчет Осириса?
Неро наградил своего отца тяжелым взглядом и сказал:
— Мятежный ангел тоже умер. Магия доспехов взяла верх и убила его после того, как он убил пилигрима.
— Возможно, ты все-таки понимаешь, что такое верность семье, — сказал Дамиэль.
— Прекрати болтать, — сказал Неро отцу и бросил мне моток веревки. — Свяжи его этим. Веревка достаточно сильна, чтобы удержать ангела. Чем сильнее он борется, тем сильнее она вытягивает его магию.
Дамиэль с безмолвным весельем наблюдал, как я связываю ему руки.
— Реликвии рая и ада были разрушены, — сказала я Неро. Если Легион заполучит эти орудия, власть разрушит их изнутри, обращая ангела против ангела.
— Согласен, — сказал Неро, запихивая их в мешок.
Комната выбрала именно этот момент, чтобы накрениться. Неро поймал меня прежде, чем я упала. Его губы поджались, когда он увидел огнестрельную рану на моем животе. Остальная часть меня, наверное, выглядела не лучше.