– Пожалуйста!.. – выдавила из себя пьяная женщина, протянув к ней руку.
Лавра тут же кинулась спасать её. Она схватилась за ладонь несчастной, попыталась упереться ногами о гранит, но щупальца оказались сильнее. Все трое угодили в чёрную реку, причём вокруг талии Гербер тут же закрутилась ещё одна скользкая осьминожья конечность.
– Размечталась! – раздался из-за спины голос Аиды, и следом Лавру стали топить.
Девушка, успев набрать в лёгкие воздух, оказалась под поверхностью воды. Гаагова, двигая рыбьим хвостом, уносила её ко дну. Гербер ударила её по руке, однако вода замедлила движение. Тем временем кислорода стало не хватать. Мелкие пузырьки воздуха вырывались изо рта, и она чувствовала, как слабеет. Русалка же упорно не отпускала свою жертву.
– …Лавра, Лавра, ты слышишь меня!!! – ударил кто-то по щекам спящей, возвращая её в реальность.
Девушка закашляла, словно только-только вырвалась обратно на поверхность моря и глотнула драгоценного воздуха. В первое мгновение она ещё не видела перед собой ничего, кроме глубинной темноты, но через минуту окончательно пришла в себя и узнала склонившуюся над ней Екатерину Львовну. Женщина со страхом смотрела на разбуженную гостью, которая задыхалась от нехватки кислорода. Лавра точно с такими же напуганными глазами уставилась на неё.
– Господи, – взмолилась госпожа Холодова, – ты меня перепугала! Я решила, что ты умираешь – не дышишь, вся в конвульсиях и бледная-бледная. Что с тобой такое???
– Мне приснилось… – оборвалась девушка и оглядела зелёную комнату, наполненную лучами утреннего солнца. От окна исходил шёпот листьев и слышались проезжающие где-то недалеко машины. Город вовсю гудел, очнувшийся после тихих выходных.
– У меня прям сердце сейчас выскочит!.. – жаловалась мать Марины, поправляя шторы. – Честное слово, ты казалась умирающей, тебе будто не хватало воздуха…
– Да, мне просто приснилось… – кивнула Лавра, опустив ноги на коврик перед софой, и тут же ощутила покалывание в левой пятке.
– Ладно, бывает, – успокаивала сама себя Екатерина Львовна и села рядом. – Ты уж нас извини, мы вчера засиделись у сестры Глеба. Маришка хотела взять тебя с собой, но я не позволила. Ты так устала с дороги, думаю, отоспишься вволю, а вечером поговорим. Ну, как ты себя чувствуешь, получше? Может, принести лекарств?..
– Нет, спасибо, – отказалась Лавра, вспоминая про рану на ноге. – Я в порядке, только кошмар какой-то приснился. Если б вы меня не разбудили, даже не знаю, чем бы он закончился.
– Это от перемены места, – более сердечно заговорила женщина, поправляя на ней спутавшиеся чёрные волосы. – Глеб сказал, что ты должна съездить в университет, так что давай приводи себя в порядок и пойдём завтракать. Мара познакомит тебя с Ларисой и моим братом, они остались у нас переночевать, потому что от гостей мы вернулись поздно, а мосты на Неве к этому времени развели.
В столовой пока никого не было. Лавра ещё подумала, что впустую торопилась сюда. Груня перебирала продукты в холодильнике на кухне.
– Доброе утро, – вежливо прочирикала Олеся и взгромоздилась на стул.
– Доброе, – кивнула Лавра и, воспользовавшись отсутствием остальных, подсела к проказнице. – Оля, у меня из комнаты пропали мои часы, колечко и цепочка. Будь паинькой, верни мне их перед тем, как я пожалуюсь Екатерине Львовне.
– Сдались мне твои побрякушки, – фыркнула та на манер своей старшей сестры и отвернулась к проёму в стене, где стоял телевизор. Она достала пульт и стала беспорядочно переключать каналы, делая вид, словно здесь никого больше нет.
– Олеся, поиграли и будет, немедленно верни мне мои вещи! – потребовала Гербер, загородив маленькой нахалке обзор.
– Вот пристала! – возмутилась девочка, и в столовую вошёл Глеб Валентинович, беседуя с кем-то по радиотелефону. Естественно, что дочка принялась жаловаться ему на приставучую гостью, дёргая его за рукав жёлтой рубашки. – Пап, ну пап, скажи ей, чтоб она ко мне не лезла, ну пап…
– В чём дело? – закончил он телефонный разговор, приветливо кивнув Лавре.
– Она говорит, я у неё часы украла, прикинь?! – наябедничала Олеся, тыча в черноволосую подругу сестры.
– У тебя пропали часы? – удивился господин Холодов.
– Да, пока я вчера спала после обеда, кто-то их спрятал, – ответила Гербер, сверля хулиганку строгим взглядом, а взамен получая рожицу с высунутым языком.