– Я бы хотел сразу договориться, что прошлое лето вспоминать сегодня не будем, – предложил Игорь, сворачивая на набережную и направляя иномарку вдоль вечерней реки.
Воспользовавшись остановкой перед светофором, Селивёрстов полез к задним сидениям. Там что-то зашуршало, и перед носом Лавры возник пышный букет пурпурных роз. Она была обескуражена. Получить такие шикарные цветы от него было пределом её мечтаний! Вновь пустив машину по набережной, Игорь стал с улыбкой любоваться её реакцией.
– Ну что ты, это же очень дорого, – наконец-то сказала Лавра.
– Не дороже денег, – усмехнулся мужчина. – Пусть этот букет будет жестом нашего примирения.
– Да мы с тобой и не ругались, – замялась Гербер.
– Так ты согласна?
– На всё, что ты предложишь, – сказала она и поймала себя на мысли, что в присутствии Селивёрстова вдруг почувствовала себя полностью свободной. Ни с одним парнем Лавра не позволяла себе вольности, а с Игорем хотелось всего и сразу. Он словно околдовал её неведомой любовной магией.
Их беседа за время пути не касалась чего-то более серьёзного. Лавра не рассказывала про свои приключения с последователями Бальваровского, а Селивёрстов молчал о том, как провёл этот год. Впрочем, тут и без его слов было понятно, что после Речных Ворот он устроился тренером в физкультурную академию и вёл довольно скромный образ жизни. А спрашивать его об этих вещах было как-то неудобно.
Заведение «Ле Франце» полностью соответствовало своему названию. Лавра даже была немного поражена тому шику, каким обладал столичный ресторан. Посетители здесь сидели за отдалёнными друг от друга столами под куполом хрустальных люстр. Услужливый метрдотель сразу же посадил красивую пару за столик, расположенный посередине уютного зала, и пообещал самые изысканные блюда на их выбор. Почему им досталось такое центральное место, оставалось лишь догадываться. Впрочем, они наверняка были главным украшением вечера среди всех остальных посетителей.
– Ну, может, пока расскажешь о себе, о своей жизни, о работе, о семье… – предложила Гербер, дабы немного разрядить обстановку.
От последнего слова мужчина как-то нахмурился и замер, уставившись на пассию изумлённым взглядом.
– Да шучу я, а то мы какие-то слишком серьёзные, будто первый день знакомы, – успокоила его Лавра.
– А разве Финтберг тебе ничего не говорил? – переспросил Селивёрстов.
– Марк Франкович негативно реагирует на разговоры, касающиеся тебя.
– Да уж, мы с ним в последнее время плохо ладим. Ты должна знать, что ему не нравится моё присутствие в Питере из-за слухов о невском демоне.
– Но ведь ты не имеешь к этому никакого отношения, – оживилась Гербер, хотя внутренне боялась, что её знакомый может быть причастен ко всему этому.
– Марк боится, что я могу водить его за нос и из-за этого влипнуть в очередную историю… как тогда, в Речных Воротах. – Лицо Игоря сделалось совсем мрачным. Почувствовав это, он вновь улыбнулся. – Не будем про прошлое, лучше давай про будущее. Что намерена делать после аспирантуры?
– Честно говоря, не думала об этом ещё. Сначала хотелось вернуться обратно домой, но теперь…
Она пристально посмотрела на него. Глаза Селивёрстова с интересом наблюдали за ней, а Лавра еле сдерживала себя от желания обнять своего собеседника.
– Говорят, что Петербург город любви, – продолжила девушка, не сводя с него взгляда. – Что, если я повстречаю здесь свою судьбу?
Игорь ничего не ответил, а лишь загадочно улыбнулся.
В качестве ужина были поданы улитки в лимонном соку, овощное рагу из сладкого перца, помидоров, тыквы и оливок. Ещё была говядина под нежным соусом. Блюдо получилось замечательным, мясо так и таяло во рту, а запиваемое под него вино и вовсе уносило на вершины блаженства. Пробуя очередной шедевр французских кулинаров, Лавра с восторгом прикрывала глаза. Это на самом деле прекрасно – делать всё в первый раз: летать на самолёте, кататься по Петербургу, пробовать бесподобные блюда и болтать с симпатичным молодым человеком.
Из угла зала, от небольшой сцены доносилась дивная музыка. Паренёк со светлыми волосами и во фраке стал петь под неё что-то на французском. Его бархатный голос ласкал слух и навевал ещё больше романтики. Игорь не отводил от спутницы магнетического взгляда. Он редко притрагивался к еде, а шикарное блюдо из улиток даже не попробовал. Поначалу выпускница тоже брезговала есть их, но по просьбе кавалера попробовала одну и поняла, почему у французов это считается первоклассным деликатесом.
– Ты будешь жить вместе с семьёй Марины, когда поступишь в аспирантуру, или снимешь себе комнату? – поинтересовался Селивёрстов.