Лавра вернулась в постель и принялась успокаивать себя, массажируя виски. Где сейчас был Селивёрстов, её интересовало меньше всего. Очередной кошмар испортил настроение на весь день. Однако прийти в себя помешал очередной звонок телефона, и брюнетка, обмотавшись простынёй, поспешила из спальни в прихожую.
– Это я, – утешил её голос Игоря из динамика, и Лавра обрадовалась ему, – думаю, вдруг ты мою записку не найдёшь и начнёшь паниковать. Я тебя не разбудил?
– Нет… нет, я просто валялась. – Гербер решила не рассказывать ему пока о своих мучительных снах. Попутно она осмотрела тёмный коридор и заметила на бельевых верёвках сухие майки и спортивные брюки.
– Извини, что не разделил с тобой завтрак, у меня работа с самого утра, а ты так сладко спала, что будить тебя я посчитал преступлением.
– Ничего, я в порядке, – улыбнулась Лавра, хотя до сих пор находилась под впечатлением от собственного сна.
– Ладно, я до обеда буду на тренировках со своей секцией, готовлю их к августовским соревнованиям. Если хочешь, можешь приехать, посмотреть на молодых чемпионов.
– Лучше, если я отмечусь у Холодовых, – отвергла его интригующее предложение выпускница. – Они не знают, где я, и наверняка уже волнуются.
– Как посчитаешь нужным. В общем, ещё созвонимся… Да, и спасибо за ночь.
Это приободрило девушку. Теперь она уже с искренней улыбкой попрощалась с любимым и повесила трубку. В конце концов, к чему так близко воспринимать сновидение? Мало ли что может присниться в чужой обстановке.
Лавра подобрала полы простыни, ещё раз осмотрела пустынный коридор и вернулась в комнату, ища свою одежду. Помнится, вчера велюровое платье она аккуратно повесила на плечики. А вот что касается всего остального, то тут пришлось покидаться из-за настойчивых приставаний Селивёрстова. Порыскав по спальне пару минут, она собрала разбросанные вещи и накинула на себя широкую футболку Игоря.
На небольшой кухне её ждала скромная трапеза из овсяной каши, молока, остывшего кофе и ароматной булки. Естественно, аппетита ко всему этому она не испытывала, и, чтобы хоть как-то подкрепиться, Лавра сделала себе крепкий чай, попутно включив маленький телевизор, который стоял на вершине холодильника. Ей нужно было отвлечься от тяжёлых мыслей, а бодро разговаривающий телеприёмник мог помочь в этом как никто другой.
Игорь сказал правду, его жильё находилось поблизости с университетом. Квартирка на Малом проспекте Васильевского острова обладала двумя весьма просторными комнатами и выходила окнами на речку Смоленку. Типичный студенческий район с множеством учебных зданий, ночных клубов и модных магазинов. Лавре он по-своему нравился.
Полюбовавшись пейзажем, она без спешки выпила чай, разбавив его горечь шоколадной конфетой, найденной в сахарнице, и немного посидела перед цветным экраном, наблюдая за репортажами утренних городских новостей. В одном из них журналисты заискивающе толпились вокруг губернатора области, в другом разоблачали директора трамвайного депо, по вине которого работники не вышли вчера на работу, требуя законной зарплаты. В следующем репортаже чествовали гостей из Сергиева Посада, Екатеринбурга и Казани, которые должны были показать петербуржцам на выходных световое зрелище возле Дворцовой набережной. Их интервью Лавра прослушала с особым интересом, узнав, что сможет стать свидетелем оригинального лазерного шоу с фейерверками и экспериментами со светом и водой.
Правда, следующая новость вновь испортила настроение. Диктор очень бегло упомянул про два трупа, найденных вчера вечером на Крестовском острове. Это были неизвестные мужчина и женщина. Оба утонули и, по версии следствия, из-за опьянения. Лавра тут же вспомнила свой сон, где на пару, распивавшую что-то из бутылки, напали щупальца. Может, это просто совпадение?..
Под конец диктор напомнил о вознаграждении за поимку сбежавшей из зоопарка коалы, пожелал приятного дня и исчез под весёлыми кадрами рекламы.
После лёгкого завтрака Лавра решила навести в квартире порядок. Она собрала вещи Игоря, разбросанные им по разным углам, поменяла простыни на кровати, приняла душ и хотела продолжить уборку, но вспомнила про Марину и Ларису и принялась им названивать. По домашнему номеру Ларисы никто не торопился снимать трубку, хотя время было вполне подходящее для завтрака. Если предположить, что Марина любит нежиться в кроватке чуть ли не до полудня, то её спортсменка-сестра поднималась ни свет ни заря и первым делом отправлялась на утреннюю пробежку. По крайней мере, так она говорила Лавре и очень гордилась своей выдержкой.