Я снова посмотрела на эту миловидную девчонку, и не смогла сдержать улыбки. Она так потешно семенило своим маленькими ножками, словно куда-то очень спешила и в этой спешке выглядела крайне потешно. Невысокого роста чуть больше ста пятидесяти сантиметров в высоту, но зато ее пышные бедра позволяли выглядеть очень даже сексуально. Белокурые, вьющиеся в мелкую кудряшку волосы собраны резинкой-ободком на лбу, а голубые глаза скрыты за толстой оправой очков, что делали ее глаза еще больше. Вдруг, из самого дальнего кабинета послышался женский крик, и я даже испугалась. Распахнув двери из комнаты выбежала Алина, и какого было мое удивление увидеть ее зареванную. Девушка, что любезно провожала меня к Артуру вдруг остановилась. В ее глазах виднелся отблеск страха и мне становилось не по себе…
— Понимаете, мой брат… — девушка сжала в руках края своей атласной рубашки. — он… — вздох. — он переживает не лучшие времена со своей женой. Поэтому, Артур… — она покачала головой. — в общем, я желаю Вам удачи и…
— Регина! — доносся раздраженный голос Артура. — быстро иди сюда.
— Ну вот, опять кричит. — растерянно развела руки в стороны Регина. — я позову Вас. Одну минутку.
И она позвала. Я робко сделала шаг вперед, но спустя секунду прогнала страх прочь. Регина закрыла за мной дверь, и я увидела совершенно другого человека. От невозмутимого наставника не было ничего. В лице этого Артура была власть. Он напоминал мне хищника, что поджидает своего охотника, чтобы раз и навсегда показать кто здесь хозяин территории. Мужчина сидел в своем мягком кресле «начальника» и медленно затягивался никотиновым ядом. Дым сигаре постепенно растворялся, и он увидел мое лицо. На тонких губах заиграла усмешка. Я не узнавала этого человека. Артур встал из-за своего стола и медленно вышел ко мне облокотившись ягодицами о столешницу.
— Что ты здесь делаешь? — спросил своим мурлыкающим голосом Артур.
— Очевидно, пришла устраиваться на работу. — выжила из себя улыбку я. — разве, тебя не предупредили о собеседовании?
— Меня предупредили, что ты его сорвала три недели назад. — он снова выдыхает дым. — я сейчас буду излагать тебе принципы своего бара и личные требования.
— Для официантки это так важно? — иронично спросила я, но взаимной улыбки не получила, зато прилив волнения заставил ладони изрядно вспотеть.
— Видишь ли, — Артур облизнулся. — то, как ты работала на Влада совершенно не подходит для меня. — он размял свою шею с характерным хрустом суставов. — мое представление об официантках основано на том, что это не просто обслуга моего бара. Это настоящие дисциплинированные помощницы. К черту тех, кто слышит только себя и рассчитывают получать щедрые чаевые только за свои телеса, хотя нужно признать, что твоя рыхловатость нравится мне больше чем умение обслуживать клиентов. — Артур усмехнулся. — мои официантки с полуслова понимаю все желания своих клиентов и подчиняются им беспрекословно. Скажи мне, Нинок, — внезапно спросил Артур. — тебе когда-нибудь приходилось по-настоящему подчиняться? Допустим, представителям властей, например.
Я растерялась, но в мыслях творился настоящий бардак. Вспомнила, как однажды, когда я ехала домой, такси остановил дорожный патруль ГАИ и двое инспекторов проводили осмотр багажника машины водителя, но не удовлетворились этим и решили заняться мной. Помню, как они велели мне положить руки на капот машины, а один из них, что был постарше, разъяснил мне, что в поимке особо опасных преступников им разрешено применять любы меры. В том числе был и обыск. Помню, как он бегло ощупывал меня сверху и как его ладони опускались ниже к бедрам…ягодицам. Я запомнила, как к чувству страха тогда медленно подмешивалось какое-то чувство сладкого подчинения действия представителям власти. Это состояние в свое время довольно сильно вскружило мне голову, и тогда я часто ловила себя на этом возбуждении, когда была в постели с мужем. Я хотела рассказать ему об этом, и как-то разнообразить супружескую сексуальную жизнь аналогичной игрой, но знала, что для Сергея это было бы сложно. Ведь он бесился от одного только моего желания быть чулках, когда раздвигаю перед ним ноги, но стоило ему только заметить их, как тут же срывался и называл меня «Потаскухой» и все в этом роде. Помню, как долго плакала от этого не понимая, и в конце концов, смирилась в обыденностью секса с ним. Я никогда не признавалась Сергею, что мою эротические фантазии отнюдь не ограничивались стандартами и стереотипами секса. Все это неким вихрем пронеслось в голове, когда Артур продолжал задавать вопросы и словно сам же отвечал философией в секунду сам себе.