- Во всяком случае, пищевые цепочки были разорваны. Не осталось ни одного маленького животного для больших зверей. Только люди. И волки стали воистину отчаянными - действительно отважными.
Он бросил большой кусок внутренностей в горшок, затем откупорил один из кувшинов с кровью и вылил туда же. Запах крови распространился по комнате.
- Подбрось больше дерева, Стив. Нам нужно прокипятить это.
- Хорошо.
- Я знаю, уже пора, - захныкал старикашка. - Должно быть, уже пора!
- Нет, нет еще, - сказал ему Кевин Рамзи. - Нет, давайте хотя бы сначала поедим.
Пол добавил крови из другого кувшина и начал помешивать это деревянной ложкой.
- Люди, вы могли бы снять свои пальто и остаться на обед, если, конечно же, вы не собираетесь спуститься вниз к дороге и поискать какой-нибудь ресторан.
Сестра и Арти переглянулись, их обоих тошнило от запаха этого тушения. Сестра первой сняла свои перчатки, пальто и шерстяную кепку, и затем Арти неохотно сделал тоже самое.
- Хорошо. - Пол поднял горшок и поставил его на горелку плиты. - Не жалей дрова, дай огню разойтись посильнее.
Пока Стив Бьюкенен работал у плиты, Пол повернулся к шкафу и достал бутылку с остатками красного вина.
- Вот последний солдат, - сказал он им. - Все получат хорошую встряску.
- Подождите.
Сестра расстегнула молнию рюкзака снова и вытащила шесть жестянок пива "Олимпия".
- Это может хорошо подойти к тушению.
Ее глаза отразили множество свечей.
- Господи! - сказал Пол. - Леди, вы покупаете мою душу.
Он нежно коснулся жестянки, словно бы боялся, что все может испариться, и чтобы оно не исчезло, взял ее. Он тщательно взболтал его и обнаружил, что оно не замерзло. Затем вскрыл крышку и опорожнил баночку в свой рот, поглощая пиво большими глотками, с глазами, закрытыми от удовольствия.
Сестра предложила пиво всем, но Арти предпочел достать бутылку "Перье", которая была у него в рюкзаке. Она была не так хороша, как пиво, но все равно вкус был прекрасный.
Приготовление мяса наполнило хижину ароматом бойни. Снаружи раздался далекий вой.
- Они учуяли это, - сказал Пол, взглянув в окно. - Через несколько минут эти сволочи будут бегать вокруг этого места.
Завывания продолжались и усиливались, все больше волчьих голосов добавлялось к диссонансным нотам и вибрации.
- Должно быть, уже пора, - настаивал старичок после того, как закончил свое пиво.
- Нет еще, нет еще, - сказала Мона Рамзи нежным, приятным голосом.
Стив мешал содержимое горшка.
- Кипит. Я думаю, эта штука готова.
- Прекрасно.
У Арти в животе заурчало.
Пол зачерпнул из котла и разлил по коричневым глиняным мискам. Блюдо было гуще, чем, по представлениям Сестры, должно было быть, и запах был тяжелым, но достаточно неплохим по сравнению с другими вещами, которые она подбирала из мусорных ящиков в Манхэттене. Жидкость была темно-красной, и если не рассматривать ее с близи, то можно было бы подумать, что это миска с хорошей говяжьей тушенкой.
Волки снаружи выли в унисон, еще ближе к хижине, чем раньше, будто бы они знали, что их родню собираются сейчас съесть люди.
- Приступим, - сказал Пол Торсон и сделал первый глоток.
Сестра подняла чашку ко рту. Суп был горьким и с песком, но мясо было не таким уж и плохим. Неожиданно у нее потекла слюна, и она стала жадно глотать пищу как животное. Арти после двух глотков стал бледным.
- Эй, - сказал ему Пол. - Если ты хочешь поблевать, то делай это снаружи. Одно пятнышко на моем чистом полу - и ты будешь спать с волками.
Арти закрыл глаза и продолжал есть. Другие налегли на свои порции, вычищая все пальцами и держась так, будто они сироты из "Оливера Твиста".
Волки выли и шумели снаружи хижины. Что-то со стуком налетело на стену, и Сестра так сильно вздрогнула, что пролила еду на свой свитер.
- Они просто любопытствуют, - сказал Стив ей. - Не пугайтесь, леди. Относитесь к этому спокойнее.
Сестра взяла вторую чашку. Арти посмотрел на нее с ужасом и отполз прочь, его рука прикрывала кровоточащую рану в ребрах. Пол заметил это, но ничего не сказал.
Как только котелок был опустошен, старичок раздраженно сказал.
- Пора! Надо начинать прямо сейчас!
Пол отложил свою пустую чашку и проверил свои наручные часы снова.
- Еще не прошел целый день.
- Пожалуйста.
Глаза старичка были похожи на глаза потерянного щенка.
- Пожалуйста... хорошо?
- Ты знаешь правила. Раз в день. Не больше, не меньше.
- Пожалуйста. Только один раз... Разве не можем мы сделать это раньше?
- О, черт, - сказал Стив. - Давайте пойдем и начнем сейчас!
Мона Рамзи энергично закачала головой.
- Нет, еще не время! Еще не прошел целый день! Вы знаете правила!
Волки все еще выли и рычали, их морды словно бы были прямо у самой двери, готовые ворваться. Двое или больше заскрежетали зубами, готовясь к борьбе.
Сестра совершенно не понимала о чем говорят все в комнате, но они говорили о чем-то жизненно важном, подумала она. Старичок почти что плакал.
- Только один раз... Всего лишь один, - умолял он.
- Не делайте этого! - сказала Мона Полу, сверкнув вызывающими глазами. - У нас есть правила.
- О, к черту правила!
Стив Бьюкенен поставил свою миску обратно на стол.
- Я и говорю, давайте один раз сделаем это, и успокоимся!
- Что здесь происходит? - спросила ошарашенная Сестра.
Все прекратили спорить и посмотрели на нее. Пол Торсон взглянул на свои часы, тяжело вздохнув.
- Хорошо, - сказал он. - Один раз, только один раз, мы сделаем это раньше.
Он поднял руку, чтобы остановить возражение женщины.
- Мы сделаем это только на один час двадцать минут раньше. Это не так много.
- Нет! - почти зарычала Мона.
Ее муж успокаивающе положил руки ей на плечи.
- Это может разрушить все!
- Тогда давайте голосовать, - предложил Пол. - У нас еще демократия, да? Кто за то, чтобы сделать это раньше, прошу голосовать.
Тотчас же старичок крикнул:
- Да!
Стив Бьюкенен поднял большой палец в воздухе. Рамзи молчали. Пол подождал, слушая завывания волков и Сестра поняла, о чем он думает. Потом он тихо сказал:
- Да. Большинство "за".
- Как насчет их? - Мона показала на Сестру и Арти. - Они не будут голосовать?
- Черт, нет! - сказал Стив. - Они новенькие. Они не могут еще голосовать.