Мика встала на колени — от черного песка уже шел жар — и включила лазер. Туомас сел рядом, чтобы подстраховать. Она убедилась, что руки не дрожат, и поднесла устройство к артефакту.
Лазер нельзя подносить слишком близко, потому что можно повредить артефакт. Но и слишком далеко водить им бессмысленно — порода либо будет сниматься слишком медленно, либо не будет сниматься вообще. Оптимальное расстояние — около десяти сантиметров.
Кто-то воткнул над Микой зонт, и стало полегче, хотя по спине уже ручейками тек пот.
— Устала? — шепотом спросил Туомас через какое-то время.
Конечно, она устала, но упрямо помотала головой. Главное, что руки не дрожали.
Темно-серая пыль падала Мике на колени, а перед ее взглядом возникало нечто движущееся, изменяющееся, изгибающееся, вогнутое и выгнутое одновременно. Нечто удивительное. Казалось, некоторые его части то уходят в другие измерения, то возвращаются, но уже другие, видоизмененные. На него было почти физически больно смотреть, хотелось отвести взгляд, но Мика смотрела, потому что это было настоящее чудо.
— Ты видишь то, что вижу я? — снова спросил Туомас.
— Кажется, да. Похоже тессеракт.
— Чего? — спросил один из мужчин Дуба.
— Гипотетический четырёхмерный куб, — ответил он, и Мика поставила ему плюсик. Видимо, начитанный, причем, не только по стандартной программе.
— Это же не куб, — заметила Лана.
— Возможно, — лаконично сказал он.
Лана и остальные начали обсуждать, что это могло быть. Никто из них тоже никогда не видел ничего подобного. Мика испытала смешанные чувства. Редкие артефакты могли принести нереальное количество денег. Такое, что в жизни больше не придется работать. И нереальное количество проблем.
— Кажется, готово, — сказал Туомас.
И правда. Артефакт был свободен от камня. Мика почувствовала это.
— Это может быть оружие? — спросила Лана.
— Не знаю, — сказала она.
Мика все еще не понимала, чего этот артефакт хочет. Его голос казался таким же тихим и далеким. Очень далеким. Казалось, он пробивался сквозь толщу воды.
— Туомас? — спросил мужчина Дуба.
— Я тоже не знаю. Но мне не кажется, что это оружие.
— Хорошо, — кивнула Лана. — Но вам нужно это проверить. Юмика, ты прикасаешься к артефакту первая.
— Да-да, — кивнула она.
Мика уже так устала, что сейчас ей хотелось оказаться в Убежище под прохладным душем.
Взрослые ушли, оставив их с Туомасом вдвоем под гигантским зонтом, который почти не помогал. В обновленной методичке техники безопасности позапрошлого года говорилось, что отойти они должны на сто пятьдесят метров. До этого было всего пятьдесят. Но правила безопасности пишутся кровью.
— Хочешь, сделаем это вместе? — тихо спросила Мика.
Туомас немного помолчал.
— Если ты не против. Если хочешь, то я сделаю это сам.
Вот так всегда. Хочешь быть вежливой, а они считают, что ты боишься.
И что она могла ответить?
— Я просто думаю, это будет честно, — сказала Мика. — Даже если я почувствовала его раньше, мы подошли к нему одновременно.
— Да, ты права.
— Мы отошли, — послышалось в рации на ее поясе.
— Можете начинать, — раздалось из кармана Туомаса.
Какое-то время они зачарованно смотрели, как артефакт живет артефактовой жизнью.
— На счет три? — спросила Мика.
— Давай.
— Один.
Они оба сняли перчатки.
— Два.
Мика обратила внимание на длинные узловатые пальцы Туомаса. Красивые.
— Три.
Они коснулись артефакта.
Несколько мгновений ничего не происходило, а затем ее захлестнула волна образов.
Поцелуи, поцелуи, объятия, голая кожа, и она влюблена, о как же она влюблена…
Женщина в форме искателя целится в нее из какого-то неизвестного оружия. Рука ее дрожит. Мика знает ее, очень хорошо знает, но…
Кто-то стреляет женщине в голову, и та падает. Медленно-медленно…
Океан. Воды так много, что не хватает глаз. Солнечный свет искрится на зыбкой поверхности. Но этот свет не опаляет, он бережен и нежен. Кто-то берет ее за руку, она поворачивается, чтобы посмотреть, но не успевает.
— …ка! Юмика!
Голос Гелиоса. Очень обеспокоенный.
Мика открыла глаза и увидела его перед собой.
— С тобой все в порядке?
Она кивнула.
Минуту назад ей было жарко, а теперь вдруг стало холодно. Она суетливо надела перчатку и глянула на Туомаса. Над ним склонился один из его старших и что-то говорил. Тот лишь заторможенно кивал.