- Потому что ты должен забрать все свои вещи. Кстати, бери всё, что хочешь, хоть всю мебель вывези. Но, прежде, чем навсегда покинуть этот дом, ответь на пару моих вопросов.
- Мне ничего не нужно. Тебе и малышу нужнее, а я обойдусь, К тому же, в доме моей матери есть всё самое необходимое.
- Это уж как тебе будет угодно.
- А вот теперь можешь смело задавать свои вопросы. Я готов ответить на всё, что тебя интересует.
- Конечно ответишь, куда ты денешься? Скажи, Рома, ты что, правда хотел моей смерти?
- Нет конечно, я слишком люблю тебя, чтобы позволить себе даже думать об этом.
- Но той ночью я слышала твой телефонный разговор с любовницей, из котооого поняла, что ты мне что-то подсыпал.
- Не было этого, я бы никогда не сделал ничего, что может навредить твоему здоровью.
- Тогда зачем вообще всё это было нужно? Если ты полюбил, почему сразу не сказал об этом? Боялся, что я не отпущу тебя?
- Для того, чтобы ответить на этот вопрос, нужно рассказывать с самого начала.
- Так ты и начни с самого начала, я никуда не спешу.
- Да, конечно, сейчас, только соберусь с мыслями. Евгения была моей первой любовью, с ней я познакомился задолго до нашей женитьбы. Мы встречались примерно три года, а потом она выскочила замуж, даже не удосужившись объясниться со мной. Встреча с тобой излечила меня от душевных ран, я снова полюбил. Но я не был готов оказаться лицом к лицу со своим прошлым. Помнишь тот день, когда мы встретили твоего отца в ресторане отеля в компании его новой подружки? Вместо того, чтобы сразу сказать, что мы знакомы с Женькой, я промолчал, потому что струсил. А она вбила себе в голову, что должна во что бы то ни стало меня вернуть, но при этом не собиралась порывать с Максимом Викторовичем.
- Не хочешь ли ты сказать, что вы стали встречаться с того самого дня?
- Нет, хотя она прилагала для этого немало усилий. Всё произошло гораздо позже, но обо всём по порядку. В тот день, когда всё случилось, она обманом заманила меня в отель и подсыпала что-то в чай, отчего я превратился в животное. Признаю, я оказался слабаком, когда не смог совладать со своими низменными инстинктами. А потом она удерживала меня возле себя шантажом.
- Почему же ты сразу не признался во всём и не покончил с ней разом?
- Я не мог этого сделать, потому что боялся. Из-за смерти отца ты была сама не своя и просто не выдержала бы известия о моём предательстве.
- Ну надо же, какая забота о ближнем. И на всё-то у тебя есть ответ. Кажется я примерно знаю, когда у вас всё началось.
- Не торопись, это ещё не самое страшное, в чём я должен признаться.
- Не думаю, что может быть что-то, страшнее твоего предательства.
- Увы, может. Самое страшное то, что предательство моё свершилось в день смерти твоего отца. Максим Викторович стал свидетелем моего падения и он бы непременно всё тебе рассказал, если бы не умер. Именно поэтому я и не смог признаться в своей измене.
И тут с Алисой случилась форменная истерика. Она плакала навзрыд, кричала в голос и топала ногами, не в силах совладать со своими эмоциями:
- Вон, пошёл вон, пока я на тебя не набросилась и не выцарапапала твои бесстыжие глаза. Жди повестку в мировой суд и попробуй только сказать, что несогласен на развод из-за моей беременности.
Дождавшись, когда она успокоится, Роман происнёс:
- Я конечно уйду, но с лёгким сердцем, потому что наконец рассказал всё так, как было. Можешь ещё больше меня ненавидеть. И кстати, совсем необязательно идти в суд, мы можем развестись через ЗАГС, я всё подпишу.
- Очень хорошо, надеюсь что ты хозяин своему слову и не пойдёшь на попятный.
Надо отдать должное, Роман и правда не стал ни в чём препятствовать и подписал отказ от каких бы то ни было имущественных претензий. После развода он жил у матери, а Алиса обитала в доме отца.
Нефёд Карлович по-прежнему отсутствовал, периодически напоминая о себе то письмом в мессенджере, то звонком. А через полгода после отъезда Гордиевского, позвонил его поверенный.
Он рассказал Алисе о смерти Нефёда Карловича и пригласил к себе на оглашение завещания. Известие о том, что дяди Нефёдора больше нет, прозвучало, как гром среди ясного неба. Беременная женщина почувствовала себя раздавленной.
Завещание
Глава 44
Своим доверенным лицом Гордиевский назначил того самого Андрея Гондарева, который купил его бизнес вместе с брендом "ГордиПрав". Нотариус пригласил в свою контору не только Алису.