- Чтобы выжить, придётся убивать. Или они, или мы. Третьего не дано.
Тяжёлое молчание повисло над костром. Петрович, наконец, осознал, что его товарищи – просто сосунки. Они никогда не убивали! И, похоже, собирались одержать бескровную победу! Только сейчас до их командира дошло, что игра будет по совсем другим правилам, нежели они привыкли! Шансы на выживание таяли как сугроб под жаркими лучами весеннего солнца.
- На что похоже поле сражения? – спросил Андрей.
- Поле? – несколько ошарашено переспросил Петрович.
:Затем, переключившись и поняв смысл вопроса, продолжил:
- Ты про Игры? Это сложно назвать полем. По сути, это просто свалка древних горнодобывающих комплексов, устроенная в огромной пещере. Если тебе будет проще, это лабиринт.
- Карту нарисовать можешь?
Петрович расхохотался. Правда, в смехе абсолютно не было веселья. Отсмеявшись, заряжающий произнёс с горечью:
- Карты не существует. Туда время от времени сваливают руду и поломанное оборудование. Так что ландшафт меняется каждую Игру.
- Значит, мы увидим всё только перед самым боем.
- Именно так.
- Что ж, тогда следует сосредоточиться на изучении нашей новой машины. Чебурашка, Николай – отдыхать. Завтра начнём практиковаться!
Андрей встал и направился к спальнику. Впечатления дня переполняли его, следовало всё тщательно рассортировать по полочкам и выделить главное. Лучше всего заниматься подобным в одиночестве. Забравшись в мешок, он закрыл глаза. Сон, конечно, не собирался приходить легко. Пришлось вспомнить несколько техник, предназначенных для расслабления и успокоения. Но даже им удалось утихомирить перевозбуждённое состояние далеко не сразу.
Все оставшиеся дни они посвятили тренировкам. Тяжелее всего, пожалуй, приходилось Николаю. Топлива для полноценных прогонов у него не имелось, поэтому его тренировки по большей части были «виртуальными». Механик осваивал новое место, приноравливаясь вслепую ориентироваться в рычагах и клавишах переключения. Чебурашка быстро осваивался на своём посту. Башня и пушка за эти несколько дней для этого громилы стали практически продолжением тела. Оставалась, конечно, проблема потерянного глаза, но хотелось верить, что это не станет критическим недостатком. Заряжающий также действовал достаточно быстро и сноровисто.
Андрей же нервничал. Нет, место командира и приборы он изучил на вполне сносном уровне. Дело было в его внутреннем состоянии. Те слова, которые он произнёс перед командой по поводу убийства людей, вовсе не были его внутренним убеждением. Они, конечно, убили тех пиратов во время абордажа, но там была фактически самозащита. Здесь же придётся убивать таких же пленников, таких, как они сами. В душе юноши царила паника и смятение. Воспитанный на ценности человеческой жизни, он в прямом смысле слова «ломал» себя, пытаясь заставить смириться с мыслью о сознательном уничтожении себе подобных…
Эпизод 24
- У меня уже всё тело затекло! – выругался Николай. – Сколько нам ещё здесь сидеть?
Вопрос был обращён к Петровичу, как самому опытному члену экипажа. Тем более, что именно он выглядел среди них самым невозмутимым. Заряжающий тяжело вздохнул и устало ответил:
- Ты уже спрашивал. И мой ответ не изменился – ещё пару часов.
- Пару часов? Да ты мне это час назад говорил! – продолжил возмущаться механик.
Петрович только пожал плечами. Что тут можно сказать? Впрочем, у командира нашлись слова.
- Не ругайтесь, - лениво пробурчал Андрей, не открывая глаз. – Лучше вздремните.
Николай шмыгнул носом и завистливо покосился на командира. И не подумаешь, что у мальца может быть такая выдержка! На самом же деле юноша просто-напросто смертельно устал. Его «вырубало», стоило только прикрыть веки. А удерживать глаза открытыми в течение пяти часов для него это был подвиг, недоступный простому смертному.
Пираты ничуть не заботились быстрой доставкой танков на поле боя. Оборудование для телепортации стоило слишком дорого, да и обслуживание обходилось весьма недёшево. Поэтому пираты решили обойтись более простым вариантом, можно сказать, бюджетным. Вечером по ангару, где танкисты завершали последние приготовления к Играм, разнёсся противный вой сирены. Охрана тут же встрепенулась и стала загонять пленников в боевые машины. Когда все оказались внутри, сирена завыла снова. К этому времени состояние всего экипажа, кроме Петровича, приближалось к паническому. Они вертели головами, пытаясь по лицам товарищей понять, что именно происходит.
- Не волнуйтесь, всё будет в порядке, - проворчал ветеран.