– С полгода как, – ответила мать.
– Почему вы не сказали мне?
– Да разве тебя волновало тогда что-то, кроме… – В словах послышалась неприкрытая обида, и отец толкнул жену локтем. Та замолчала.
– Почему мне никто ничего не говорит?! – выкрикнула Наташа и провела руками по волосам. – Почему я всегда всё узнаю последняя?! Может, есть что-то ещё, что от меня утаили? И это что-то я могла бы изменить безболезненно?! Когда-то, но не сейчас?!
– Когда вы расстались, он сразу вернулся сюда. Запил. Ни с кем не общался. Заперся дома. Никто и не знал ни о каких долгах…
– Да я не об этом! – взорвалась девушка и, подумав немного, добавила: – Миллионы людей берут кредиты и не впадают в депрессию!
– Он очень любил тебя. Все об этом знали.
– Но причём здесь я?! Я не виновата, что он оказался слабаком и не справился с собой!
– Доченька, нельзя так об ушедших…
– Да вы достали меня со своими догмами, нормами и правилами! – потеряла контроль Наташа. – Что он за мужик, если нюни распустил, когда его бросили! Пуп земли нашелся!
Отец остановил мать, когда та хотела обнять взбешенную девушку.
– В тебе говорит скорбь…
– Какая скорбь, мама! Я просто в бешенстве! Он всё испортил! Просто всё! Почему я теперь должна расхлебывать его дурость?!
– Ты ни в чём не виновата, – вкрадчиво произнесла женщина и поймала яростный взгляд дочери.
– А я и не считаю себя виноватой! Так могут думать лишь слабаки! Каждый сам отвечает за свои поступки!
– Да, конечно... – Мать опустила глаза, давая понять, что совершенно не согласна с подобными выводами и не собирается менять своего мнения, а просто промолчит.
– Я жалею, что вернулась сюда, в это пристанище затхлости и скудоумия!
Наташа кинулась в комнату собирать вещи, не замечая, как по щекам ползут злые дорожки слез. Родители не последовали за ней, и она слышала их неразборчивые голоса на кухне.
Всё испорчено, растоптано и убито! Она, достигшая вершины желаний, выгрызшая место под солнцем, стояла на перепутье. У кого ещё в этой жизни есть песочные часы, что способны даровать многое, даже воскресить умершего? Почему именно на неё свалился тяжкий груз выбора: жить так, как хочется, либо вернуть жизнь человеку, который был рядом с самого детства? Но ведь сейчас он ничего не значит! Она и не помнила, когда в последний раз думала о нём, тогда почему перед глазами огромное черное пятно, которое омрачает все достижения? Нужно, чтобы прошло время, и тогда оно растворится, потускнеет, и дни потекут сладким медом, как прежде. Не она виновата, что Игорь оказался слаб, что не смог взять под контроль эмоции. И в голове его всегда была полная глупость, раз хватило мозгов залезть в долги, а потом упиваться собственным страданием и не платить! Анна Николаевна тоже хороша! Безмозглая несушка, что не смогла воспитать в мальчике мужчину! Хватило ещё наглости в лицо плюнуть! В зеркало надо было плевать в первую очередь, а не искать, на кого бы повесить свой промах в воспитании! Да это вообще не может быть виной Наташи! Она-то здесь при чём? Раз мать не смогла остановить, то что от неё зависело? В конце концов, Анна Николаевна могла позвонить и попросить помощи, если видела его невероятную любовь! Но, конечно, нет! Мы же гордые! Будем сидеть в навозной куче, лелеять бесполезное благородство души и упиваться праведным страданием! Зачем шевелиться, когда можно скинуть вину на другого и всю жизнь после наслаждаться якобы справедливой ненавистью?!
Наташа быстро ходила по крохотной комнате, распаляясь всё сильнее, пока не закружилась голова. Она воскрешала в памяти дни, когда они с Игорем жили вместе, и пыталась найти среди них тот, где бы могла оставить его безболезненно, без тяжелых последствий для жизни. Зацепившись за пару воспоминаний, она принялась считать, на сколько месяцев, нет, лет ей придётся вернуться назад. Когда к ней пришло осознание, каким огромным сроком придется пожертвовать, Наташа яростно швырнула старый светильник на пол. Он с треском разлетелся на сотни кусков, и в коридоре послышался тревожный топот. Девушка метнулась к двери и вовремя задвинула шпингалет, прежде чем обеспокоенные родители попытались проникнуть внутрь.
– Доченька, у тебя всё хорошо? – сдавленно спросила мама.
– Всё просто замечательно!
Сомнения ненадолго стихли, и Наташа, ступая по осколкам, поспешно собралась. Она вылетела в коридор и мельком посмотрела на кухню, где сидели притихшие родители.
– Но... как же? – растерялась мать, выходя к ней.
Рывками застегивая модные блестящие босоножки, девушка молчала.
– Я думала, ты хоть пару деньков пробудешь...
– Тогда не надо было говорить об Игоре!
– Ты же сама спросила…
Ответом был презрительный взгляд, и мать поджала губы.
– Я должна прийти в себя, – Наташа вспомнила, зачем приехала, и постаралась смягчиться.
– Ну ладно, – женщина обняла её и ощутила, как дрожит дочь. – Может, утром?
– Мам…
– Хорошо-хорошо. Напиши, как доберешься. Мы любим тебя.
Девушка задержалась на несколько секунд, посмотрела на постаревших родителей и, отогнав от себя назойливые мысли, вышла из квартиры.
– Что с ней не так? – Мать больше не могла держаться и уткнулась в плечо мужа.
– Такая она у нас, – тяжело вздохнул он, – своенравная, сильная. Куда Игорю до неё было… Посмотри, какая...
– Бедный мальчик…
– Уж не воротишь.
– Ах, как жаль! Какой хороший был…
Они вернулись на кухню и просидели до утра в полной тишине.
Наташа вошла в свой подъезд, поднялась на свой этаж и стала отпирать свою квартиру. Ключ не поворачивался, и она догадалась, кто ожидает её внутри. Федор открыл дверь через несколько мгновений и радостно обнял свою поникшую половинку.
– Видимо, всё прошло не так гладко?
– Нет, всё хорошо, – она улыбнулась.
– Либо раньше ты никогда меня не обманывала, либо сейчас дело и правда дрянь.
– Не спрашивай меня ни о чём, ладно?
Мужчина молча кивнул.
Гонконг обещал быть изумительным первым путешествием, но превратился в крупный провал. Девушка разобрала чемодан, развесила невесомое нижнее белье, купленное специально для отпуска, и провалялась в кровати перед сериалами несколько дней. Федор пытался её развеселить, отвлечь, но её мысли были далеко, и он бросил безуспешные попытки. Он уходил на день и возвращался, заставая её в том же положении, однажды она даже не встала с кровати. Темные круги под глазами снова портили красивое лицо, и мужчина с беспокойством наблюдал за странным преображением Наташи. Она не была в депрессии, но и не жила. На десятый день отпуска он не выдержал и, заказав её любимую пиццу, опустился на край кровати.
– Нат, что происходит?
Девушка села и обняла подушку.
– Я не понимаю, объясни мне.
– Есть одно очень важное дело, которое я никак не могу решить. И поделиться им тоже ни с кем не могу.
– Ты что, убила кого-то? – усмехнулся он, и каменный взгляд любимой заставил его не на шутку испугаться. – Нат, ты серьёзно?
Она вздохнула и подумала о песочных часах: любой разговор можно стереть из его памяти.
– Несколько лет назад я ушла от человека, с которым росла, взрослела, которого когда-то, наверное, любила. Или мне так казалось… В общем, я некрасиво бросила его, а теперь этого человека больше нет.
– Он много значил для тебя?
– Честно признаться, нет, никогда, наверное… Я просто привыкла, что он всегда рядом, и упустила момент, где нужно остановиться.
– Пока не очень понимаю, о чём ты. Продолжай.
– Он набрал долгов, чтобы дать мне всё, чего хочу, но так сложилось, что именно в этот момент я его бросила. И он сломался.
– Его проблемы.
– Да, но его убили, Федь. – Она посмотрела на руководителя тяжелым взглядом. – Коллекторы нашли.
– Почему он не платил?
– Запил, бросил работу и, сам понимаешь, не смог отдавать долг. А потом его нашли...
– Дело завели?