— Давай. Но только — ты обещала. И надо еще как-то Миха убедить.
Миха убеждать не надо, он давно уже «на все согласный», а вот себя… Ну не планировала я заводить детеныша столь рано. С другой стороны, интересы семьи требуют именно такого графика. Если сильно не затягивать обмен потомками, будет проще. Значит, планируем к началу осени.
— Не напрягайся, с Михом я договорюсь. И пусть у вас будет все вкусно.
— … в качестве кого ты собираешься туда идти? Надеюсь, не станешь распространяться людям о ваших странных семейных вкусах?
— Извини, мне тут опять что-то мяукнуть надо…
— Ма, ну разумеется, нет. Я там просто представитель корпорации, куда Мих идет на работу.
— Какой такой «корпорации»?
— М-м… некоторой. Понимаешь, люди же не знают про наши кланы. Зато знают про свои корпорации. И вдобавок, принцип преданности корпорации, в которой работаешь, для них давно уже не обсуждается. Равно как и забота фирмы о своих сотрудниках не удивит. Так что, если Мих работает на нас, то «где-то там» у нас наверняка есть какая-то корпорация, представитель которой может нанести визит матери сотрудника. Все понятно и ожидаемо.
— И ты хочешь воспользоваться обманом еще раз?
— Просто не мешать людям верить в свои мифы. Обманывать не нужно, достаточно умолчаний.
— Ох, дочка…
— Подожди, Маева. Ответь мне, Рафа, нам вы тоже «позволяете верить в свои мифы»?
Резкая реплика отца прервала неспешное течение беседы за чаем. За что я ему в общем-то благодарна, поскольку маму опять понесло в этические дебри рассуждений, что можно делать «хорошей девочке», а что нет. Отцу ответить проще.
— Па, ты сам-то как думаешь? Мы же не возражаем, чтобы ты ждал вымирания человечества. И даже маленького кошратика с сохранением адаптации к Основе я тебе обеспечу. Так что можешь верить в будущую свободную от людей планету — никаких проблем.
— Кор, ты рассказал ей о программе «свободной планеты»? Мы же не хотели об этом… Зачем?
— Ма, успокойся, — я примирительно глажу ее по руке. — Папа просто надеялся поссорить Миха со мной. Как будто забыл, что семья в слиянии — элемент неделимый. Ссора могла бы произойти только между нами и вами, но нам она не нужна. Даже если вы как-то подталкивали сокращение численности людей… тайком от клана.
— Рафа, я такого не говорил! Не придумывай…
— Не говорил, конечно. И давайте уж заканчивать день откровений. Хотелось бы продолжать верить, что есть родители, которые меня любят.
— Дочка… мы тебя любим и хотим тебе счастья. Как ты могла даже подумать…
— Вот и замечательно. А сейчас мне надо на паром, потому что у Миха тоже есть мать.
Направляясь к парому, жмурюсь и чихаю пару раз от весеннего солнышка. Уютная каюта, зарезервированная за посольством и, разумеется, просто напичканная жучками. Пускай, эти жучки не ползают и не мешают смотреть на воду, отражающую легкие белые облака. А говорить все равно не с кем, слушайте, если хотите. Иные же разговоры жучкам недоступны…
— Извини, это глупо, конечно, но я не знаю, что с Бри делать. То есть не в том смысле…
— Я поняла. Все никак не можете определиться, кто вы друг для друга.
— Да. Она симпатичная, но я не могу сформулировать, как к ней отношусь. Вот ты и я, это понятно. А Бри… Ей можно доверять, мы научились вместе действовать, когда затевали эту гостиницу. Но…
— Это все знаешь что такое? Разные дистанции, Мих. Я когда-то разбиралась с происхождением некоторых слов вашего языка. Про семью иногда говорили — «половинки». Части одного целого. Это скорее про нас с тобой. Еще есть слово «друг», идущее от древней воинской «дружины». Тот, кто отведет неожиданный удар, прикроет спину. Тот, кому можно доверить беречь тебя, пока спишь в опасном месте. Так я скажу про себя с Багиром. Есть «товарищ». Тоже древнее слово. Купцы, ведущие один караван с общим «товаром». Тот, кто всегда будет «играть честно», кому можно доверить свои ценности и быть спокойным за них. Но вот жизнью и здоровьем рисковать товарищ уже, возможно, и не станет. Кто для тебя Бри?
— Сложный вопрос… Товарищ — точно и даже больше. Но вот «друг» ли? Не знаю. То есть я верю — она попытается защитить мне спину, но я, наверное, все равно буду оглядываться. Может, со временем привыкну…
— Так и не торопись. Сейчас вы точно товарищи и этого уже достаточно.
— Для постели? — нервно усмехается.
— Для того, чтобы «вести общий караван». Тебе от нее нужна защита браслетом, ей от тебя — ребенок, чтобы поменяться со мной. Я ей обещала взамен ребенка от Багира.
— То есть постель только для дела, а не для удовольствия…