Кто еще за всю мою жизнь поднимал на меня руку? Ныне покойный Морель не считается – он псих. Ангел Андре пользовался совсем другими… м-м-м… методами. А! Углук-Два-Ятагана во время тренировки. Больно, еще как, но это было нормально. Адреналин и жажда реванша – да, желание всерьез вцепиться в горло орку – определенно нет.
Ах да, темный эльф. Но тогда я была вообще не в себе от его поступков, его гламоура, и его безумия, поэтому, что было с дроу – останется с дроу. Не будем об этом.
И вот теперь, Леонард. Почему сейчас-то я никак не могу успокоиться?
Потому что ему понравилось. Мертвяки! Не смеет он от этого получать удовольствие! Вот что бесит…
Солнце, скрытое низкими тучами и похожее на белую тусклую монету, перевалило зенит, мы снова ехали по дороге в сторону Аргентерии. Я тряслась в седле и начинала помаленьку ненавидеть ее мертвячьего герцога. Надо будет ему припомнить этот день. Как-нибудь. Единственное, что отвлекало меня от мрачных мыслей, была дорожная беседа, ставшая крайне занимательной.
Господа дворяне учились говорить, как нормальные люди.
- Вы… ты… не дашь мне флягу? – поинтересовался Клод у молчаливого Лэнсона, это тот, у которого седые виски. – Моя вода кончилась.
- Прошу.
Я закатила глаза. И затопала бы ногами, не болтайся я в седле.
- Еще раз! И что-то вроде: «Эй, чел, поделись водичкой» «Держи, братан».
- Я не буду так выражаться! – фыркнул сероглазый парень, метнув в меня испепеляющий взгляд.
Вот уже почти час я ощущала себя дрессировщиком в цирке: тигра научить курить проще, чем этих трижды благородных господ говорить, как нормальные люди. Ниже достоинства, видите ли.
- Будешь, если не хочешь, чтоб опять пришлось драться, - флегматично возразила я, - давай!
- Эй, чел, - буркнул невыносимо страдающий от происходящего Клод, - дай попить.
- На, - обошелся Лэнсон без моих подсказок.
Парень жадно приложился к горлышку, закрыв от удовольствия глаза, видимо, действительно страдал от жажды, и попросил воды, только когда стало совсем невмоготу. Какие, однако, у него длинные, пушистые ресницы, прямо как у женщины.
- Благодать! – выдохнул он, затыкая флягу пробкой.
- Нет, не «благодать», - продолжала я занудствовать, - выругайся как-нибудь.
- Я. Не. Буду. Ругаться. При. Даме! – медленно и раздельно ответил обернувшийся ко мне баронет, и даже слегка побледнел.
- Тогда изображай на людях немого! Такой отряд, как ваш, и слова-то такого знать не должен!
- Меня больше удивляет, графиня, - запальчиво возразил он, - откуда таких манер нахватались вы?
- От наемников, - честно призналась я.
- Вы сопровождали отряд? – изумился Клод. – Как маг?
- Вроде того, - сказать ему, что формально я – капитан или не стоит?
Неожиданно Георг расхохотался. Он смеялся и смеялся, утирая выступившие на глазах слезы. Мне нравился звук его смеха, очень заразительно он это делает. Может, когда все закончится, закрутить с ним коротенький яркий роман? Или тогда Леонард точно меня убьет?
«Ага, он тебя пару часов назад в сумасшедшие записал, какой роман?» - хмыкнул Шепот.
- Лео, - простонал тем временем виконт Левьер сквозь смех, - кончится тем, что графиня заставит нас захватить корабль и пойти в пираты, попомни мое слово! И даже найдет разумную, а возможно, и благородную причину для такого поступка!
- Не так, - снова возразила я, - не выходи из образа и говори проще.
- Твоя девица стопудово втравит нас в какую-нибудь хрень, чел. Зуб даю, дружище!
Все уставились на него ошеломленно, не в состоянии произнести не слова, и только я привычно возмутилась:
- Я не «его девица».
- Точно! – похлопал меня по плечу виконт. – Это – не моя девица, это – мой пленник!
6. Нежданная встреча
К заставе мы подъехали вечером, гораздо позже, чем планировали. Все-таки времени на споры и переодевания мы потеряли порядочно. Лиловые сумерки лениво затопили лес, а на горизонте догорали ярко-розовые отсветы отправившего на отдых светила. Все сильно устали и ехали молча. Сто раз пожалела, что не додумалась купить какую-то верхнюю одежду и себе: к закату стало прохладно, и я уже откровенно замерзала. Налетели тучи, и небо изредка проливало на дорогу по нескольку капель дождя, будто отряхивая руки после умывания. Когда холодная вода попадает тебе за шиворот, начинаешь помаленьку ненавидеть весь мир, так что я ехала мрачная и злая, готовая уже убить за горячий ужин, место у костра и минимально удобную постель. Далеко впереди, сверкали зарницы, и временами ветер доносил отзвуки грома. Похоже, гроза шла в нашу сторону, и на ночь лучше найти какое-то убежище.