- Да, - лаконично ответил Лео, в свою очередь не желавший обсуждать подробности уже этой темы.
- А скажи, зачем тебе сдался трон Дайса? Ну, серьезно, это же такая головная боль…
- Ты спрашиваешь, как наемник Алесия? – усмехнулся он.- Моего прямого соперника?
Давно надо было сделать именно это: сесть, выпить и поговорить. Может, мы бы давно уже разрешили все наши проблемы.
- Спрашиваю как твой собутыльник.
- Тогда, собутыльник, скажу. Но снова по секрету. Идет?
- Ага.
- У моего отца с самого моего рождения был этот план. Так что я в каком-то роде действую в интересах семьи. Ну и азарт, признаю.
- Это как со мной было? Ты с детства уже считал его «своим»? – догадалась я. – А отдавать кому-то «свое» ты просто не в состоянии?
Леонард наклонился над столом, и в расширившихся зрачках появился нездоровый блеск. На миг стало тихо-тихо, пока он подбирал нужные слова, а потом колебался – стоит ли их произносить. Особенно при мне.
- Я завидую Алесию, - глухо произнес виконт, наконец, - этот выскочка сумел сам подняться из ничего и заполучить себе мертвячью страну. Своими силами, своими мозгами. За какой-то долбаный год. А я… Я ничего не добился бы без отцовской поддержки. Когда я думаю об этом…
Он сжал кулаки и не договорил.
Вот это была самая правдивая правда. Суть. Виконт тщеславен, любой, кто хотя бы кажется ему более успешным, вызывает у него приступ раздражения. А нынешнего короля Аскота он и вовсе ненавидел. До скрежета зубов. И чувство это разъедало его изнутри, как кислота, не давая забыть о себе ни на мгновение, как невозможно забыть о воспаленной ране. И видимо, его отношение ко мне было той же природы, поскольку питалось из того же отравленного источника.
«Дело не в безделушках на камин, - проговорил Шепот, - дело в том, что ты была первой, кто его так уязвил. До тебя он получал все, что хотел. А уже после была Аскара, Алесий, Ирен, интриги и все остальное, что его мучает в глубине души. А ты… Именно с тебя это все началось – в этом вся суть».
«Это к тому, что не сможем мы стать друзьями?»
«Именно».
- Алесий тоже не сам по себе, - проговорила я уже вслух, невольно испытывая к виконту жалость.
- Это как западня, - продолжил между тем Лео, словно размышлял вслух, - у меня нет выбора. Это водоворот, Кристина, он затягивает. Если Алесий получит Дайс, я не проживу и месяца. И все те, кто сейчас стоят за мной, что с ними будет, представляешь? Я как золотая рыбка в аквариуме, на виду, негде спрятаться, - он потер лоб ладонью, - некуда деться. Остается только поставить все на эту карту. Или трон, или пуля.
- Звучит совсем невесело…
- Сменим тему,- попросил он, - давай сюда бокал.
Тост за удачу – обязательный в программе любой посиделки.
- Те двенадцать застрелившихся, - я выпила уже почти не чувствуя вкуса, крепкая настойка хорошо легла на гномское пиво, - я не думала, что они погибнут просто от внушения. И не считай, что я не переживаю. Или что мне все равно. Знаешь, когда умираешь, видишь призраков. Они встречают тебя... На той стороне… Поэтому я всегда стараюсь запоминать лица…
- Откуда знаешь? – встрепенулся виконт, и на лице мелькнуло недоверие.
- А-а-а… Побывала.
- Ты что – умерла?!
- Да нет. Не совсем. Проводила один ритуал как-то, провожала душу через мертвый мир. Вот и повстречалась… Знаешь, это так… Словами не передать.
- Чувство вины, - кивнул Лео с видом, будто бы произнес это вслух случайно.
Его заметно передернуло.
- Мертвый мир? Какой же хренью ты занимаешься, Крис?
Я коротко зло хохотнула, пожалуй, слишком громко стукнув бокалом по столешнице.
- Ты не поверишь. Пытаюсь выжить. Но чем дальше, тем больше запутываюсь в происходящем.
Он вздохнул и накрыл мою ладонь своей.
- Не надо, - попросила я, - не надо меня жалеть. Не стоит оно того. Вообще, не нужно было тебе всего этого говорить…
- Поздно.
- Что – поздно?
- Я уже жалею тебя, - улыбнулся он невесело, и я ответила такой же кривой усмешкой.
- Просто мы уже изрядно пьяны.
- Вполне возможно, Крис.
- И, пожалуй, мне пора спать.
- Да. Завтра тебе до мертвяков много придется делать.
Он встал, сделал большой глоток прямо из горлышка и направился к выходу уже не совсем твердой походкой. Я пошла провожать, комната в ответ слегка покачнулась, но устояла в границах разумного. Лео обернулся уже у самого порога. Он улыбался так, будто не было этого года, не было всех наших недоразумений и обид. Даже голос смягчился.
- Я должен извиниться. Не стоило называть тебя чудовищем. Я только сейчас понял, ты просто устала и тоже понятия не имеешь, что будет дальше. Влипаешь в какие-то дурацкие истории и защищаешься от всего мира. Даже от друзей.