- Хо-хо! Благодетельница! Да тебя продали, по-ходу. Свои же!
- Суки, - грустно пожала я плечами, на этот раз даже уже возмущаться не хотелось.
Ну, подставили, ну решали при этом какие-то свои проблемы. Нет, бесит, конечно, и запомним мы это крепко, но поделать сейчас с этим ничего нельзя. А значит, не стоит и нервы тратить.
Понимание происходящего приводит к свободе. Сначала в бешенство, а потом – да, к свободе.
- Понятно, - кивнул Тэрьен, - местный заставил тебя сюда приехать по какой-то его причине, а значит, твой… покровитель явится сюда за тобой. Не может не явиться с такой-то отметиной. А ты к этому времени хочешь… что?
- Узнать о ситуации как можно больше.
- Помочь, вроде как? Опознать, кто тут главный враг в сосуде? Вроде как, разведка?
- Точно.
- Но сама связываться не планируешь?
- Ни боги мои!
Желтые глаза смотрели не то с жалостью, не то с насмешкой.
- И часто ты ввязываешься в такую ерунду?
- Часто, - лаконично буркнула я, крадя крайний кусок ветчины с тарелки.
Гоблин помотал ушастой головой, не обратив внимание на пропажу еды.
- И как ты до сих пор выжила… - будто бы про себя проговорил он. - Ладно, сделка есть сделка. Но учти, пойдем – делаешь все, что я скажу. Никакой самодеятельности. Че улыбаешься так?
- Внезапно почувствовала себя, как дома.
- Ты живешь у орков? – снова поднял бровь зеленокожий.
- Нет, иногда гощу у одного клана, очень знакомые интонации просто. «Никуда не лезь», «дождись нас», «не трогай этот скелет».
- То есть за тобой обычно есть, кому приглядывать, - покивал он головой, - чудно. Короче, кончай болтать, доедай, и отдыхать.
Мы прикончили всю снедь, а потом поделили пополам кровать. Тэрьен позубоскалил на тему того, чтоб я не решила приставать к нему во сне, а то эльфийки же все озабоченные! Получил заслуженный щелчок по уху и угомонился, завернувшись в покрывало.
- И не вздумай на меня руки – ноги закидывать, - хрюкнул он из своего кокона, - терпеть этого не могу.
А я впервые за последнее время уснула спокойно, привалившись к нему спиной. Видимо, гоблин прав, и я, вправду – сумасшедшая.
Тэрьен все еще спал, когда часы в гильдии пробили три часа по полудне. Нужно было разобраться с фениксовыми кристаллами. Гоблин открыл один глаз, посоветовал не делать глупостей, и тут же снова заснул.
Впрочем, до того со мной успела связаться Тай.
- Выбирайтесь оттуда немедленно! – не поздоровавшись буквально прорычала подруга.
- И тебе не хворать…- я пыталась удерживать зеркало и одновременно прикурить сигариллу на выходе из гильдии.
- Я серьезно! Я видела своими глазами – Аргентерию накрыли сетью! Узлов на тридцать!
- Ого…- «сеть» - наблюдательное заклинание, передающее изображение, звук, магические воздействия через специальный артефакт - хрустальный шар, тридцать таких шаров на одной территории позволяли распознать половую принадлежность пролетающей над городом мухи.
- Сама видела?
- Да. Не могу долго говорить, следят за городом пристально. Зал призывов весь отвели под это дело.
Я с удовольствием затянулась дымом.
- Тай, попробуй убедить Лео уехать, а?
- Я и пробую, - буркнула подруга и отключилась.
Шары, значит. Шарики.
Снаружи лил дождь, низкие темные тучи нависали тяжелыми мокрыми тушами над самыми крышами. Я натянула капюшон, и пыталась сообразить, как добраться до ближайшей отмеченной точки. Судя по карте Феникса, мне нужно было обойти почти равносторонний треугольник – по два в каждой вершине, красный и зеленый. Начнем с площади и пока пойдем вдоль реки.
Без весеннего солнца над головой, город казался погруженным в беспросветные сизые сумерки, невозможно разобрать – день или уже вечер. Людей стало еще меньше, впрочем, немертвых пока тоже не видно. Иногда все также поскрипывают проезжающие мимо труповозки. Аргентерия умирала тихо, не было ни агонии, ни предсмертных судорог – только эта серо-желтая мгла.
Первая точка располагалась в небольшом сквере, выходящим на набережную, я легко отыскала старую каменную статую в его центре, ножом выкопала под постаментом ямку и сунула первую пару следящих кристаллов в землю. Никто не пытался остановить и задать вопросы. Мимо прошел только старик с шарманкой, в сопровождении двух оборванных детей. Визгливые звуки расстроенного инструмента заглушала ритмичная барабанная дробь не прекращающегося дождя. Было это тоскливо и жутковато. Старик не обратил на меня никакого внимания и просто прошел мимо. Больше всего мне хотелось бежать отсюда. Куда угодно, где нет этой серой безнадежной хмари, пожирающей город вместе с болезнью.
Тем временем магия кристаллов каким-то образом заработала, и по статуе мужчины со свитком в руке поползли зеленые и красные прожилки, чуть светящиеся, если смотреть не прямо, а краем глаза. Больше тут было делать нечего.