Стало немного полегче.
- Что ты со мной сделала?! – чужое внушенное желание близости стало острым, почти животным и тоже неплохо отвлекало от боли.
- Развей заклинание, - повторили мои губы, - Люксория прикончит меня, и получится, что Андрэ и компания убили с помощью сил Эмпиреев человека с Печатью Дома Багрового Пламени. А это – нарушение Договора. Прямое. Вас свои же положат за такую провокацию. Ты вообще понимаешь, как подставил ангела?
В черных глазах метнулись первые дуновения паники.
- Ты что, окончательно сдохнуть хочешь?! – орал он, растеряв последние крохи давешней насмешливости.
- Развей Люксорию! Ну!
Секунду мы сверлили друг друга взглядами.
- Я не смогу, - выдохнул враг, - оно уже не контролируемо.
- Исчезнуть во вспышке света – отличная смерть. Почти мгновенная, а значит, почти безболезненная. И главное, неожиданная. Трандец вам потом, - усмехнулась я, прекратив бесполезное сопротивление.
- Сними щит! – все еще кричал Дирус.
Голос его делался ниже, растягивались звуки, а я наблюдала, как потрясающе красивым золотым цветком вспенивается взрыв чуждой мне, безжалостно светлой силы, подсвечивая черную шевелюру Хитреца ореолом, будто солнце на закате.
- Я хочу, чтоб щит выдержал, - потребовала я у мира, не обращая больше внимания на врага, - Дэвлину взрыв не причинит вреда, ясно?
Нифилим не стал просто дожидаться конца: он вызвал светящиеся крылья. Но вместо того, чтобы исчезнуть, как Пепелок, навалился на меня, плотно окружая мерцающей радугой. Закрыл собственным телом, и оно отозвалось невольной вспышкой удовольствия от объятий, что разозлило моего врага еще больше. Надо же, какая ирония.
Я нашарила колокольчик пальцами на полу, воспользовавшись тем, что Дирус больше не выламывал мне руки, и сжала бусину пальцами, так связь тоже работала.
- Дэвлин, - свет стал настолько невыносим, что пришлось закрыть глаза, - я не успела.
Последнее услышанное, перед тем как золотая вспышка вышвырнула меня из явленного мира, оказалось непонятными словами на шипящем языке, больше всего похожими на проклятия.
«Но мы все-таки заставили его что-то почувство…»
3. Выживание
Вначале была только тьма.
Не прозрачная, как бывает безлунной ночью, а плотная, душная и липкая. Я тонула, содрогаясь от ощущения, как это черное и густое заполняет ноздри, рот, уши. Втекает внутрь, и нее оставляет ни красок, ни единого звука, вообще никаких чувств, кроме накатывавшей волнами дурноты. Будто тебя запихнули в непромокаемый мешок с чернилами, подвесили на веревке и теперь во-всю раскручивают.
Конфликт источников чар, вот как это называется, основы проходят прямо на первом же курсе. Взрыв Люксории, похоже, повредил Печать, и та утягивала меня вниз, помаленьку растворяя мысли и само сознание. Я боялась, что умирать будет больно. Но оказалось, что умирать – муторно.
Дэвлин поймал мое запястье, и его пальцы ощущались, как железные тиски в дварфийской мастерской. Рванул вверх, если тут был верх, конечно, а потом схватил в объятия и не отпускал больше. Тьма, издав чавкающий, как трясина, звук, нехотя отпустила, а потом свет и вернувшиеся враз чувства попросту ослепили меня.
- Где мы? – лепетала я, полностью дезориентированная.
- А где мы, по-твоему, можем быть?
Сфокусировала взгляд на ярком пятне, это оказалось распахнутое настежь окно, за которым вздыхало и перекатывало буруны сине-зеленое море. Соленый теплый ветер врывался в кабинет, ерошил волосы, ласково проводил бесплотными пальцами по лицу и с любопытством шелестел страницами лежащей на столе книги. Это место нельзя было спутать ни с одним другим. Его кабинет.
- Мы дома, - я закрыла глаза, устраиваясь поудобнее в любимом кресле.
- Именно.
Палец принялся привычно поглаживать полированный подлокотник… и не нашел вырезанной бороздки. Я отлично помнила, как подушечка проваливается внутрь, заполняя собой полукруглый профиль этой завитушки, вот только сегодня подлокотник оказался совершенно гладким. Замок что, заменил мебель?
- Ты хотя бы понимаешь, каким чудом выжила? – Дэвлин придвинул к моему креслу маленькую банкетку для сумок, и уселся напротив.
Я моргнула. Мэтр Купер – верхом на подставке для ручной клади? Мир перевернулся?
- А кстати, как я выжила-то? – спросила, чтоб просто заполнить паузу, а потом сама задумалась.
А и правда, как? И правильнее спросить: выжила ли я вообще? Или это последняя галлюцинация агонизирующего мозга? Что, кстати, объясняло бы странное поведение демона.
- Тебя вытащила Печать.
- Да? А мне, казалось, она, наоборот, меня вниз утягивала, - я разглядывала его терракотовые глаза, мучительно пытаясь вспомнить, а когда мы вот так крайний раз просто сидели вдвоем?