Это бесило больше, чем я могла себе вообразить.
- Могу я узнать причину? – спросил он, наконец.
- Конечно! – патетически всплеснула я руками. - Я же влюблена в тебя, Кай!
- Хорош шутить, - нахмурился он, - ты знаешь, что у меня есть подруга.
- Ну извини. Это из-за Николаса, - чуть помрачнев, покачала я головой, - торш для меня гарантия, что не придется выходить за него, что бы он там ни планировал.
- То есть ты хочешь, чтоб я решил и эту твою проблему? – на его лице появилась кривая усмешка.
- Он не узнает, кто ты, а значит – и убить не сможет.
Кай закатил глаза, потом потер ладонью щеку.
- Тебе кто-то говорил, что ты – запредельная эгоистка?
Кто бы спорил, а? Внезапно мне стало стыдно за собственные поступки. Что должна чувствовать та, другая девушка? Отвела взгляд, уставившись в одну точку где-то в углу комнаты.
- Ладно. Ты прав. Как только будет чуть поспокойнее, доберемся до Шамана и… все это исправим.
Мужчина покивал согласно. Он поправил куртку перед зеркалом, а я так и лежала на кровати, не глядя на него.
- Кай?
- М-м-м?
- Прикинь, я кажется забыла, как нравиться мужчинам.
- А я вот и не умел никогда, представляешь? Ладно, подождем, пока вся эта ерунда закончится. Дай мне знать вечером, что ты жива.
- Кай?
Он вопросительно посмотрел, обернувшись уже из темноты холла.
- Какая она?
- Кто?
- Твоя девушка?
Охотник вытащил тот самый странный лист с телепортом, ничего не ответил, подмигнул и исчез в облаке тумана.
- Я не буду сейчас об этом думать, - пробурчала я себе под нос, встала нехотя с кровати и пошла вниз, дожидаться прихвостней.
Отрядила их на упаковку библиотеки и переправку оной в Замок. Потом колокольчик ожил голосом Дэвлина: тот интересовался, где я, и не случилось ли еще чего-то. Рассказала про предполагаемый ужин с Гисом, и мэтр Купер велел возвращаться домой.
Впрочем, до того мне было необходимо поговорить еще с одним приятелем, о котором тоже не нужно было знать в Замке.
27. Дурацкие вопросы (16 Месяца Близнецов)
Феникс утопал.
В подушках.
Он лежал на изящно изогнутом диване, одетый лишь в черный халат тончайшего шелка. Алебастровая кожа и золотистые вьющиеся волосы выглядели трогательно беззащитно, а выглядывающая из широкого рукава тонкая кисть казалась воплощением хрупкости. Выдавали его порочные изумрудные глаза и капризные губы. Да еще, наверное, трубка с каким-то явно запрещенным зельем, от которого шел удушливо-сладкий зеленый дым. Не табачный, разумеется. В узком бокале плескался дорогой черный ром, а возле его ног полулежали две девушке в прозрачных пеньюарах. Судя по мутным глазам, они уже далеко прошли по томной дороге сорванных роз, и теперь наблюдали алмазные россыпи на далеких чужих небесах.
Феникс выдохнул очередной клуб дыма и протянул трубку мне.
- Хочешь? – это вместо «привет» у нас, похоже.
- Лучше бы коньяка, - призналась я, - причем, именно нормального коньяка, а не той странной хрени, которой ты угощал нас с Кейном.
- Абсент-то? Странно, дорогая, что ты со своим образом жизни не пристрастилась к его полынным грезам.
«У Кая губы на вкус, как полынь».
Я помотала головой, отгоняя наваждение.
- Пф-ф! Вот грез мне только и не хватало. С реальностью бы как-то справиться.
Феникс с демонстративным сожалением оглядел девиц, потом снова лениво уставился на меня, машинально проводя по нижней влажной губе янтарным мундштуком.
- Что? – уточнил он насмешливо, склонив голову к плечу, с которого сполз черный шелк. - Сложный разговор?
- Да как тебе сказать... – озадачилась я правильной формулировкой, взъерошив рукой челку, совсем, как Эрик.
- Можем поговорить в спальне? - промурлыкал летописец. – У меня времени немного, а я еще этих фей попробовать не успел.
- Мертвяки! – фыркнула я, сама не понимая, чему смущаясь. – Ты сейчас вот – не помогаешь! Вообще!
- Ну хорошо, подержи тогда, пока я их отнесу отсюда, - он вздохнул, поднялся на ноги и безо всяких усилий забросил обеих жертв разгула себе на плечи, - смотри, чем я поступаюсь ради какого-то очередного твоего дельца! Ты хоть ценишь?
- Ценю.
Демон звонко прошлепал босыми стопами в спальню, и длинный пояс от его халата волочился следом по полу. Я огляделась в поисках бутылки, жидкость в которой я могла бы хотя бы опознать, как пригодную для употребления. Прям чувствовала необходимость.
- Коньяк в баре, - крикнул он из соседней комнаты, - видишь инкрустированный перламутром ящик? Именно. Садись, куда хочешь, хоть бы и на ковер прямо.
- Спасибо! – бутылка вправду там обнаружилась, а на бокал заморачиваться я не стала.