По крайней мере, стало ясно, куда ведут серебряные нити от моего торша – к другому такому же знаку. Его обладатель молча смотрел на мое тело пару секунд, так и не донеся чашку с утренним кофе до губ, а потом выдал длинную и весьма эмоциональную тираду, цензурными в которой были только предлоги, междометия и имена богов, да и то не все.
После этого он вскочил на ноги и принялся суетиться, продолжая сыпать перлами отборной матерщины. Уложил меня на тот самый диван, метался по комнате, лихорадочно натягивая одежду, а перед тем варварски распотрошил аптечку, перетягивая мне правый бок, из которого текла кровь, сразу испачкав плед.
- Не совсем помогла бронька-то, - задумчиво проговорил кто-то за моей спиной, - пулю не остановила.
Я обернулась и увидела возле окна двух полупрозрачных типов. Подавший голос был красив и мрачен, у него были глаза Эрика, а черты лица, напоминали нелюбезного мизантропа, мэтра Кристиана Валленберга по прозвищу Даро, только вот плечи – пошире, чем у оригиналов. Второй удивленно рассматривал собственные ладони, казалось, уйдя в это занятие с головой. Он был светловолосый и похож на моего куратора, только гораздо моложе, а вот глаза – копия маменькиных. Я уже видела их обоих – на Лестнице в башне Абао.
- Вот мы и снова встретились, - проговорил Шепот, ухмыляясь, - и по-ходу, опять крепко влипли, да?
Лусус поднял глаза и пожал плечами.
- Ты что-нибудь поняла? Из того, что сейчас случилось?
Кай Моррис тем временем, не обращая на нас никакого внимания, поспешно затягивал ремни коротких поясных ножен и прилаживал на бок кобуру.
- Ну… Мы не умерли, – предположила я, - наверное.
Почему-то сейчас вероятность гибели не казалась страшной. Шока не было.
- Да. Не похоже, - Шепот кивнул на наше завернутое в простыню тело, - ты дышишь.
- Надо будет поподробнее узнать, что это за татуировка на плече такая, - Лусус двинулся по комнате к кровати, пару раз пройдя Морриса насквозь.
- Если очнемся, - уточнила я.
- Когда очнемся, - не согласился Шепот, - ангельские чары, Печать высшего демона, силы древнего эльфа… Эта штука оказалась сильнее. Раз уж она вытащила нас из падения в Инферно, в чувства привести должна тоже. И это не геомантия.
- Не-е-ет, - протянуло первое порождение моего больного воображения, обращаясь ко второму, - не геомантия. Она ж смирилась с тем, что – все, конец. И нас бы заодно угробила.
Попыталась ощутить раскаяние, но не сумела.
- Простите, - развела я руками, - так уж вышло.
- Ага, - буркнул Лусус, - я помню.
- Как думаете, с Дэвлином и Тузатом все в порядке?
Шепот, с любопытством рассматривающий стол Морриса, кивнул.
- Люксория не пробила щит. И вот это-то – как раз результат твоей геомантии.
- А Дирус?
- Потрепало, - пожал плечами Лусус, - чем все закончилось – не знаю, увы. В преисподнюю темных эльфов мы провалились вместе.
Тем временем Моррис развернул на полу квадратный кусок плотной кожи с рисунком, похожим на круг призыва, подхватил на руки куль с моим телом и встал обеими ногами на разложенную непонятную штуковину. Пару секунд ничего не происходило, а потом линии засветились зеленоватым, и вокруг фигуры мужчины закрутилось облако телепорта. О как. Многоразовый свиток, вроде как? Никогда таких не видела, да и магия чуждая, может, что-то орочье? Не знаю. Впрочем, меня уже утянуло вслед за телом, а куда делись порождения моей шизофрении – понятия не имею.
Мы вывалились из портала посреди хорошо знакомого мне лагеря орков. Забавно, что при такой огромной Ойкумене меня швыряет сплошь по знакомым местам, как рейсовый дилижанс по остановкам на маршруте. Кажется, Кай решил сплавить меня Шаману. Почему, интересно? Он же должен был уже узнать, где я живу. И даже если нет, почему не в больницу при храме?
На сей раз шатры были наглухо задернуты выделанными шкурами и кожей, а снаружи не было ни души. Ветер гнал над пересохшей степью громады низких сизых туч, и первые тугие струи дождя уже вовсю лупили по растянутым кожаным тентам.
- Твою ж мать. Погодка… - проворчал Кай, ныряя под полог, и едва не задевая одну из стоек моим лбом.
Шаман был у себя, толок терпко пахнущие сушеные растения в здоровенной деревянной ступке, да ругался вполголоса на полуорчанку лет шестнадцати, пытающуюся изображать раскаяние. Впрочем, как только она увидела Морриса, тут же принялась кокетливо стрелять глазками в его сторону. Орк охнул, увидев поклажу, выставил ученицу из шатра, и меня быстренько устроили на той самой кровати, где лежал когда-то исполосованный ледяными шипами Тайи сам Кай. Теперь, гляди-ка, все наоборот. В шатре пахло степными травами, дымом костров и металлом. А еще нагретой за день на солнце землей и свежим ветром. Я ощутила букет запахов только на миг, а потом вновь все пропало.