- Береги себя, Кристина, я не уверен, что смогу тебе еще хоть чем-то помочь.
Но маг был не прав, кое-чем помочь он определенно мог. Был еще один вопрос, который я все никак у него не могла спросить.
- Мэтр Ольсин? – обернулась я уже от порога, когда бывший куратор наливал себе очередную порцию бренди.
- Что?
- Скажите, Дэвлин долго выбирал между мной и Клэр Леми?
- Он и не выбирал, - покачал головой чуть нахмурившийся маг, явно несколько удивленный таким вопросом, - зачем ему некромант?
Франци ждала меня на выходе из парка в нашем поместье.
- Что?! – выдохнула я, вываливаясь из-за куста, усыпанного белыми розами. – Что случилось?!
Сестрица разулыбалась, показывая мне на дорожку к дверям. В парке было сумрачно, не смотря на день, и я какое-то время моргала, пытаясь привыкнуть к освещению.
- Франци! Что стряслось-то? Зачем ты меня искала?
Мне показалось, она чуть ли не на бал собралась. Платье из винно-красного атласа с открытыми плечами, расшитое золотыми нитями по лифу. Из-под юбки кокетливо выглядывает край черного кружева, а на длинной шее – словно капли крови, сверкают рубины. Кремовые перчатки неплохо дополняют картину. Элегантно, броско, дорого. Будто бы во дворец.
- Ты на вечеринку... – еще раз попробовала я задать вопрос, но произнести его до конца мне не дали.
Внезапно из-за угла дома вышел какой-то человек в темном камзоле. Я не успела даже его рассмотреть, потому что сестрица, все так же улыбаясь, дунула мне в лицо «пыльцой фей». Пока падала на траву, я успела подумать, что оторву Франци голову, если мне только дадут такую возможность. А лучше отправлю ее телепортом за Хребет в какой-нибудь замшелый старый замок. Без магии, косметологов и театров.
Пожалуй, изо всех способов прийти в себя этот был самый экзотический. Мир вокруг ощутимо трясся, но спине было при этом мягко, и покачивало ровно. Карета? Да, похоже на то. Я чуть приоткрыла глаза и уставилась на собственные руки, лежащие на коленях. На запястьях тонкие металлические наручники, но это-то как раз уже почти привычно. Вот только под наручниками – белые шелковые перчатки, и судя по ощущениям, до локтя. На двух пальцах тяжелые перстни из белого золота с сапфирами. Да и подол платья цвета индиго с металлическим отливом.
- Очнулась? – в голосе Француазы не было ни намека на раскаяние.
Я молча кивнула. Понятия не имею, куда мы ехали, такие разряженные. Надеюсь, не на мою казнь. Глянула на окошко – но оно было плотно завешено шторками. Поэтому внутри царил лиловый сумрак, разгоняемый двумя крошечными фонариками.
- Ничего спросить не хочешь?
Покачала головой, от «пыльцы» еще изрядно мутило, и было жутко досадно, что я настолько по-идиотски попалась. Старшая сестра никогда не казалась мне опасной. Гадости мелкие она мне, конечно, устраивала. Типа на любимое платье прямо перед балом пролить кофе, вот это все. Но так, чтоб сдать врагам – это было нечто новое. Великолепно. Одна сестра меня ненавидит, потому что я спала с ее мужем, а вторая – предала. Отличная семья. Было все это обидно, конечно, и разговаривать я с ней вообще не желала.
- Ты помнишь Клода? – светским тоном осведомилась Француаза, указывая рукой на своего спутника.
Они оба сидели на диванчике напротив – по ходу движения кареты, и держались за руки. О как.
Только теперь я узнала парня, сидящего рядом с моей сестрой. Он держал ее пальцы в своих осторожно, почти нежно, но серые глаза смотрели вовсе не на нее. И смотрели – напряженно. Будто он в любой момент готов выхватить револьвер.
Он был с нами в Аргентерии, когда там бушевала некрочума. Именно он оттаскивал меня от окна на руках, когда в него с улицы палили. Самый молодой из всех, он остался со мной, Георгом и Лео, когда можно было уже уходить домой. И именно Клод охранял в итоге карету, когда виконт Селеретто решил меня похитить в тот раз.
- Привет, - покладисто поздоровалась я, - давно не виделись. История повторяется, а? Ладно. Знаю-знаю, если я только шевельнусь, ты меня застрелишь, так?
Один из ближайших сподвижников Леонарда, лейтенант Королевской Гвардии, с кровью настолько голубой, что небу должно быть завидно, молча кивнул. Он тоже повзрослел буквально за пару месяцев, состриг длинноватые волосы, обзавелся парой бледных шрамов на щеке и твердыми складочками в уголках губ. А еще в светло-русых волосах на правом виске выделялась серебристая прядь. Лю-бо-пыт-но. Что с ним было после того, как мы расстались?
- Мы собираемся пожениться, - просто пояснила Француаза.
- Ясно, - не стала возражать я, - хотя еще пара лет разницы, и тебе проще было бы его усыновить.
- Да что б ты понимала! – рявкнула старшая сестра, тут же слетая с катушек. – Сама вообще с мужем Елены шашни крутишь!