А мне хотелось от этого бесконечного вечера только одного: найти Морриса, свернуться калачиком у него на руках и закрыть глаза. Чтоб он насмешничал, поил меня коньяком, и ругался, что я снова веду себя, как идиотка. Это было единственное настоящее мое желание.
- Мне нужно сегодня еще много чего сделать.
- Сделать… - протянул папенькин друг. – Значит, это еще не план-максимум на сутки, а? Столкнуть ледяного демона с ангелом из-за того, что вселенный в мою шпагу убил нифилима? Дать повод сцепиться твоим врагам, а? Изящно, ничего не скажешь. И подставила ты меня – запредельно.
- Прости.
Но в его глазах не было укора – одно веселье.
- Ты не злишься?
- Мне есть о чем сказать Хёйсту, когда мы попрощаемся. Он будет крайне доволен.
Тут я захлопала глазами, понимая, что опять что-то упустила из виду. Что? Форма? Вернувшийся огонь? Крылья? Что я такого выдала-то, чего Хёйст не обнаружил сам?
- Поясни.
Он опустился на обнажившийся камень фундамента, усадив меня на колени, и позволяя все так же лежать на его плече.
- Что ты знаешь о высших и о душах? Почему демоны никогда не едят детей? Знаешь?
- Нет…
- Душа у младенца – чисто свет, никаких пятен. Съесть свет высший не может. Когда человек живет, он получает силы из окружающей среды, душа растет вместе с телом. Вопрос – какой она становится? Чистую, скажем так, «белую», душу выпить нельзя. Есть души мутные, темные – можно, это сытно, но не дает особого удовольствия. Воры и убийцы – пресный бульончик. А вот если душа уж зрелая, светлая или яркая, эмоциональная, но из-за чего-то она ломается и темнеет – это для высшего идеально. Вкусно. Когда у человека есть надежда, шанс на достижение мечты, и остается совсем немного, и смертный на последних шагах перестает выбирать методы. Предает, вопреки собственным убеждениям, наступает на горло совести. Сам себя ломает, понимаешь? А потом теряет все. Несчастная очень сильная любовь, разбившаяся мечта – вот шедевры кулинарии. С точки зрения высшего – рано пока тебя есть, конечно. Но подвижки в эту сторону весьма неплохие. Твой сегодняшний поступок, безразличие к чужой смерти, злоупотребление магией дроу – то, что надо.
Он говорил ровно и спокойно. И я в сто первый раз задалась вопросом: Кейн – враг? Его ко мне тянет? Или это все – включая и вынужденное убийство, и его язык у меня во рту, и попытка убить друг друга через Печати и этот спокойный разговор – просто какие-то игры мертвячьих обитателей Бездны? Он знает правила, и полагает, что знаю их и я.
- А ты неплохо в этом разбираешься, а?
- Я на это учился, да и потом… А хочешь скажу, почему твоя сегодняшняя выходка его тоже не расстроит?
- Почему?
- Потому что ты спасла летописца, и позволила предупредить. Оказала услугу. Но больше после разборок с ангелом он тебе за это ничего не должен. Теперь ты – добыча безо всяких условий.
- Знаю…
Он почти нежно коснулся пальцами моей щеки.
- Теперь тебе нужно бежать, Кристина. Быстро-быстро. Со всех ног.
- Как всегда.
Негромкий, хриплый смех.
- Не как всегда. Не после этого вечера.
Я освободилась от его рук, встала, пошатываясь, но камзол так и не вернула. Обойдется. Да, в последнее время я ворую чужую одежду ничтоже сумняшеся. Своей-то не осталось.
- А что с Клэр? Ты же знаешь про Клэр, да?
Он тоже встал, протянув ко мне руку. Я инстинктивно отшатнулась, но Кейн всего лишь вытащил из внутреннего кармана своего камзола узкую серебряную фляжку.
- Будешь?
Кивнула. Выпила. Хор-роший такой кальвадос. Он тоже с видимым удовольствием глотнул.
- Виконтесса Леми – интереснейший феномен. Она жива, потому что ему целесообразно за ней понаблюдать.
Я кивнула уныло. Больше говорить было не о чем, и меня ждал с объяснениями Харл. Да и не понятно, не прочесывают ли еще Дайсар гвардейцы в поисках сбежавшей Ноэль.
- Прощай, - я посмотрела в льдистые глаза, - мне жаль, что все вышло все именно так.
- Не прощайся, - покачал он головой, - мы еще увидимся. А до тех пор пусть Эрик получше за тобой присматривает. Потому что теперь тебе придется очень постараться, чтобы выжить.
На миг в моей голове мелькнул вопрос – почему Эрик? А потом я вспомнила, что в предыдущий раз мы виделись, когда Дэвлин изображал Эрика на маскараде в начале этой недели, обеспечивая тому алиби. Видимо, Дэрет решил, что я после всего на меня свалившегося предпочла увести мужа у родной сестры.
Ну слава богам, хоть тут никаких непоняток.
43. Семейные узы (22 Месяца Близнецов)
Я отправила виконта обратно на коронацию, а сама добралась до дома Харла. К счастью, толпы парней в голубых и серых мундирах по этой части города еще не слонялись. Пришлось завернуться в вуаль, чтоб не шокировать домочадцев моего приятеля мужским камзолом на голое тело и диким взглядом. Я без труда вспомнила, где его комната и аккуратно проскользнула, приоткрыв дверь. Мой приятель сидел в кресле, пребывая в полной прострации и разглядывая темноволосую сереброглазую девушку иной расы. Он молчал и только улыбался, как тихий умалишенный. Ноэль щебетала о чем-то, усевшись на каминную полку и дрыгала ногами. Все эльфы любят забраться повыше, по себе знаю.