Демиан едва стоял, навалившись спиной на ствол дерева.
- Боюсь, она немного меня оцарапала… Но вы правы, ее нужно догнать, пока она не вернулась, исцелившись. Но вы уверены, что справитесь один?
- Да, - просто и коротко отрезал Дэвлин.
- Знаете, мэтр Купер, почему-то я вам верю, - бледно усмехнулся Аллозар.
- Ждите здесь, как только появится Бронзовый – улетайте.
- А вы?
- Я или догоню вас здесь, или встретимся в Академии. Я правильно понимаю, что до побережья – еще километров десять?
- Да…
- И правит сейчас там Александр Метаро?
- Да.
М-м-м… Метаро… Знакомая фамилия… Где я могла ее слышать?
- И Крис, обнови «тревогу».
Он уже шагнул в темноту от костра, когда я схватила его за рукав.
- Стой! – прошипела я. – Куда ты? Зачем тебе это вообще?
Отблески костра делали выражение его лица откровенно хищным. Казалось, даже ноздри чуть вздрагивают от возбуждения.
- Сердце мантикоры – невероятно мощный ингредиент. В нашем времени они уже не встречаются, я не могу упустить этот шанс, мне нужно ее сердце. Крис, если что – забудь мои прежние слова, оборачивайся и улетай. Я понимаю, что Десятый дорог тебе… Но избавь меня от необходимости снова продумывать твои похороны.
Он бросился бегом в темноту, а я вернулась к костру. Серьезно? Сердце мантикоры? И ради этого он бросит меня посреди ночного леса, где водятся такие твари, с нашим раненым другом и мальчишкой?! Да что у него вообще в голове творится?!
Но размышлять над диким поведением Дэвлина было недосуг, граф Аллозар бледнел на глазах. Когда мы с Кристианом заставила его расстегнуть куртку, обнаружился практически разодранный тремя порезами от когтей живот. Как он еще жив-то был…
- Сейчас… - тут же засуетился Даро, помогая родственнику улечься на траву. – Сейчас я помогу… Ты только не волнуйся…
- Некромантией? – фыркнула я, легко возвращаясь в привычное состояние на грани истерики.
- Идиотская шутка! – рявкнул парень. - Я – очень способный целитель!
А и верно, мантия-то зеленая. Так Даро – лекарь? Но как же тогда получится, что он совершенно сменит специализацию? Это очень редко бывает же.
- Давай, я молитву попробую, - предложила я, падая на колени рядом с будущим Десятым.
Мантия тут же расцвела бурыми кровавыми пятнами. Руки послушно серебрились, но вид раны особо не улучшался.
- Он потерял слишком много крови, - взволнованно проговорил Даро, и даже, кажется, хлюпнул носом, - Мертвяки! Я не могу дать ему свою и колдовать одновременно…
- Так мою бери! – заорала я, понимая, что потерять друга дважды в двух временах – это просто выше моих сил.
- Да ты ж его не знаешь даже… - оторопел Кристиан.
- Время не тяни!!
Все его еще такое мальчишеское лицо просияло.
- Хорошо. Спасибо! Спасибо, Кристина!
Даро подвесил над нами светляка. Потом легко и умело воспроизвел какое-то мертвячьи сложное заклинание, и оно сплело полупрозрачный жгут, протянувшийся от моей шеи к горлу того, кто через тысячу лет должен будет стать моим другом. Кровь побежала от меня к нему прямо сквозь этот жгут – тонкая красная линия, будто бы висящая в воздухе. Боги, будто никуда и не перемещались – все то же самое…
Даро колдовал вдохновенно и сосредоточенно. Видеть такое мастерство у подростка мне не доводилось никогда вообще. Такое не бывает из-за чистого упорства – только прирожденный талант. Он зажал такими же невидимыми щупами порванные сосуды, так что моя кровь не вытекала бессмысленно на землю. Даро «ловил» органы, пытаясь их стабилизировать, и вообще мучительно напоминал мне Скримджоя через тысячу лет.
Голова начала кружиться – пока не сильно. Наплевать – лишь бы Десятый выжил. Не знаю, сколько времени прошло, меня изрядно мутило, а молитва Да Ки Нэ превратилась в какое-то монотонное бормотание. А еще я ужасно замерзла.
Когда же маг наконец обессиленно опустился на землю, а на груди и животе еще-не-Десятого остались уродливые свежие шрамы, я просто рухнула на четвереньки, мотая головой, как после контузии.
Граф спал. Мы с Даро тяжело дышали: от потери сил и крови. Он попытался помочь мне распрямиться, и теперь мы сидели, почти обнявшись.
- Я переборщил немножко, прости. Выбора не было.
- Ты очень талантлив, - признала я, пытаясь понять – каким именно одеколоном от него пахнет?
М-м-м. А приятно. Что-то такое, с морозными нотками.
- А то. Потерпи немного, я чуть приду в себя и запущу у тебя кроветворение на быстрые обороты. За пару часов восстановишься. Дай-ка пульс…
И тут мы замерли оба.
Даро беззастенчиво, как все целители, задрал рукав моей мантии и рассматривал предплечье, на котором живого места не была от старых и совсем свежих шрамов.