А еще, это был другой Скримджой. Который еще не спасал мне жизнь, и с которым нас ничего не связывало. Ну и как вишенка на тортике – пьяный, под веществами и с оранжевыми глазами. Худший из возможных вариантов.
Боги, да о чем я вообще думала!
Дроу легко поймал меня, схватив за руку, и конечно же, выдернул из тени. Одно движение, практически неразличимое, боль от новой ссадины на спине, и ощущение, как лопатки буквально вдавливаются в кору старого вяза. А передо мной усмехался темный, прижимавший меня к дереву. Он медленно потянул за широкую шелковую ленту, ослабляя узел, пока черная полумаска не упала с лица.
- Светлая! – воскликнул он с веселым изумлением. – Ого. Прямо подарок судьбы. А что, даже отпрыскам Серебряной Ветви любопытно посмотреть на мои маленькие приемы, м-м-м?
Вопрос оказался чисто академическим, потому что ответить мне никто не позволил: дроу и тысячу лет назад нравилось целовать добычу. А еще, вероятно, ему не хотелось наклоняться. Поэтому Скримджой вздернул меня вверх и усадил верхом на собственное колено, которым он уперся в вяз. Запястья тоже прижал к шершавой коре дерева, закинув мне за голову. Мантия задралась до самого пояса. А после призванные лозы рванули ткань, и вовсе превращая мою верхнюю одежду в лохмотья. Остались майка от комплекта имперской брони, окровавленные корабельные бриджи и удобные ботинки.
От него все так же дразняще пахло корицей и имбирем – пряные ароматы, напоминавшие об осени. Он вломился в мой разум одновременно с тем, как его язык оказался у меня во рту. Но вместо будоражащих видений, показывал мне бойню. Дроу и эльдары резали друг друга с остервенением заклятых врагов посреди расположенного прямо в лесу города с резными белыми башнями. Пролетело несколько настоящих грифонов, закованных в позолоченную броню, и несущих на спине всадников. И тут же с неба шквалом обрушились зеленые обжигающие лучи… Словом, вместо ненависти, на которую рассчитывал темный, мне стало дико любопытно. Что это за место? Когда такое случилось? Скримджой же еще не знал, чем меня можно зацепить, так что пробовал первое попавшееся.
Я позволила ему немного развлечься: быстрее закончит с этим эпатажем – быстрее сможем поговорить. А если начать сопротивляться, его это только раззадорит. Словом, я некоторое время изображала то самое пресловутое бревно, ни на что не реагирующее. Не как перепуганная добыча, а как жена после двадцати лет несчастливого брака, которой уже поперек горла все идиотские выходки мужа. Поняв это, он оторвался от меня и с любопытством оглядел, что это ему такое попалось?
- Не та одежда, в какой идут на вечеринку, - вкрадчиво проговорил Скримджой, подцепив длинным ногтем лямку моей майки, - а вот коллекция шрамов – впечатляет. Кто ты, и что здесь делаешь? Хотела попробовать убить меня? А, нет, не отвечай. Ты не похожа на убийцу, а твои способности слишком уж мои.
- Да стой ты! – сумела я наконец вставить фразу. – Погляди на левую руку. Кольцо!
Он позволил мне встать на ноги, взял за запястье, и некоторое время, не мигая, рассматривал украшение. Потом вытянул рядом собственные пальцы, на одном из которых сверкнул точно такой же камень.
- Это паучий янтарь, - проговорила я, глядя ему в глаза и переходя на его язык.
Интерес тут же пробился сквозь дурман, вытеснив лень, презрение и похоть.
- Забавно… - уже совершенно нормальным тоном проговорил темный. - Это одно и то же кольцо. Ты из какой-то параллельной ветви реальности?
- Нет. Ты сам отдашь его мне позже. Через много лет. И специально отправишь сюда.
Он рассмеялся звонким серебристым стаккато, и интерес тут же сменился явным удовольствием.
- Ага! Хочешь сказать, я доделаю Аркан Перехода?
- Доделаешь. У меня в кармане штанов листок с исправлениями. Сейчас в твоем варианте ошибки.
Скримджой развернул меня, снова прижав к вязу, уже грудью и животом, так что я оцарапала щеку, а потом скользнул горячей ладонью по бедру, вызвав волну мурашек по коже. Он вытащил кончиками пальцев свернутый листок из кармана, развернул его и некоторое время читал. Я чувствовала, как он прижимается ко мне животом, словно пытается вдавить прямо в ствол дерева.
- Это вправду мог написать лишь я. Что я еще для тебя сделал?