- А знаешь, - тоскливо проговорил он, выходя от меня, - когда мы гоняли зомби на кладбище, как все просто было, а?
В уголках его губ пролегли жесткие складки, черты лица устало заострились, а под ногтями была грязь.
Я весь день ходила, словно ушибленная. После возвращения из древней Ойкумены по ночам начали приходить кошмары. Ползали по небу огромные пауки, пожирающие целые звезды. А на закуску – кошмарные кровавые оргии дроу, описывать которые у меня язык не повернется. Если получалось ускользнуть на ночь и спать на плече Кая, все было еще терпимо. Охотник заставлял страшные сны блекнуть и отступать. Если же я оставалась одна, то по нескольку раз за ночь просыпалась от очередного липкого кошмара. Да и днем после такой бессонницы становилось просто невозможно ни на чем сосредоточиться.
Первыми из компаньонов узнали о моих проблемах Эрик и Джаспер. Рыжий однажды ночью шел мимо моей спальни по коридору, услышал, как я стонала во сне, и вошел. А потом баюкал мою голову у себя на коленях, называл принцесской и рассказывал что-то смешное про посттравматический синдром.
Вот только со мной творилось что-то другое. Тени казались темнее обычного, а все цвета – потускнели. Было ли это новое проклятие от Клэр? Я не знаю.
С приемным сыном вышла примерно такая же история. Но он отнесся к этому «недомоганию» куда серьезнее авантюриста и заставил меня снова есть леденцы мэтра Ганна на ночь. Помогало, но не сильно.
Словом, днем я хандрила, выкуривала по пачке сигарилл и откровенно боялась приближающегося вечера. А перепробовав все успокоительные зелья, поняла, что заглушить страх помогал только коньяк с синими леденцами.
Наконец, Дэвлин по-простому предложил перебраться в его спальню. Немного пламени перед сном могло помочь – по крайней мере, после огненного водоворота я просто выключалась.
Наверное, мне отчаянно нужна была помощь, потому что случился один странный эпизод. На второй вечер, после окончательного переезда к Дэвлину, я совершенно не рассчитала мощь, пытаясь выжимать из себя все силы, какие пропускал канал. Внезапно случилось нечто странное – мой золотистый огонь принялся усиливать багровый, смешиваясь и образовывая непонятный резонанс. Это произошло слишком быстро, чтоб кто-то мог остановиться. И единственное, что успел сделать Дэвлин – выдернуть нас куда-то из этой реальности до того, как ярчайшая вспышка резанула по глазам и раздался взрыв.
Когда у меня вышло проморгаться, мы висели в воздухе, если это, конечно, был воздух. Лиловые и алые тучи закипали, будто в огромном котле. А снизу, с черных скал, похожих, на клыки, били вверх ослепительные белые молнии. О, ну это мы уже видели…
Дэвлин летел, ловя крыльями потоки и уворачиваясь от разрядов, а я висела у него на руках, как тряпичная кукла. Некоторое время я просто безучастно смотрела в пространство. Вспышка, казалось, выжгла меня изнутри полностью.
Наверное, если сейчас порезаться, из-под кожи посыплется пепел.
Наверное, я просто умерла.
- Нет, - проговорил Дэвлин с досадой, закладывая вираж и набирая высоту, - сейчас мы вернемся. Потерпи немного. И лучше закрой глаза и не смотри по сторонам.
- М-м-м… А что это было-то вообще? – полюбопытствовала я.
- Необдуманный поступок. Я понятия не имел, что ты можешь входить в резонанс. Это кратное усиление вложенных чар. Учитывая нашу природу, едва не случился малый Прорыв, так что все что я мог сделать, это упасть в Бездну вместе с тобой.
Я все равно подглядывала. Скоро пространство начало сгущаться, обретать плотность и выправлять свою геометрию и физику. Потом мы оказались в огромной черной пещере, в которой пришлось подняться к самому потолку, а вынырнув из нее… мы оказались возле очень знакомой винтовой лестницы, вокруг которой суетились прихвостни, вырубая новые ступени вниз. Они уставились на нас с отвисшими челюстями, а потом где-то в темноте гнусно захихикали. Мэтр Купер пренебрег.
- А как глубоко идут подвалы в твоем Замке? – с деланым подозрением поинтересовалась я.
- Угадала. Мы дома. Встать можешь?
Попробовала. Совершила изящный пируэт пьяной ласточки. Упала. Дэвлин снова подхватил меня на руки и в несколько взмахов крыльев донес до верхней площадки. Там мы оба вернулись в человеческую форму.
- Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался мэтр Купер, когда я лежала на кровати, завернувшись в покрывало.
- Пусто, - пробормотала я, - будто перегорела. Пепел и зола.
- Слишком сильно пока, - проговорил он с настолько неожиданным выражением, что я открыла глаза.
Дэвлин улыбался.