- Нет, пока у тебя есть душа.
День вступил в свои права окончательно, заливая мир солнечным светом. Пугала мысль, что теперь во мне есть нечто, чему свет противопоказан в общефилософском смысле.
- Посиди у меня, – попросила я мэтра Купера, – пока я засну. Кажется, мне страшно.
- Хорошо.
Дэвлин встал на ноги и протянул мне ладонь, помогая подняться.
- Мы справимся? Со всеми, да?
Он смотрел на меня, и сейчас его глаза казались двумя чернильными пятнами.
- Крис, не забывай, что по нашим меркам, я очень молод. Очень. Я здорово накопил сил, когда выпил Сердце Хаоса, и этого, возможно, хватило бы, чтобы справиться с Андрэ, если продумать толковую ловушку. Но Хёйст – не знаю. Он – старше и сильнее. Гораздо сильнее. Но даже это не главное, если в истории с королем и виконтом Селеретто замешан он, то все еще хуже, значит, кроме силы он обладает еще и изощренным умом. И он принялся играть, вместо того чтобы просто явиться за тобой. Я не пугаю тебя. Просто хочу быть честным. Нам придется быть очень умными и очень быстрыми, чтобы выиграть в этой партии.
- Я все равно думаю, это – не «он», это – «она».
- Не буду исключать такого варианта.
- Сними Печать с моего глаза, - попросила я, глядя ему в лицо, - которая фильтрует восприятие.
- Зачем?
- Хочу узнать, когда за мной придут. А это же обязательно случится, Дэвлин.
- Не уверен, что это хорошая идея.
- У тебя есть лучше?
- Я подумаю, - пообещал он, - ложись спать, я скоро приду.
25. Багровое пламя (16 Месяца Близнецов)
Я босая брела по причалу, через который перекатывались уже самые большие волны. Шторм будет, не иначе. Сапоги тащила в руках. Охренеть. Оказывается, из ужаса, из падений в Бездну и путешествий по мертвым мирам я выбралась не одна. И это пятнышко внутри меня будет расти, как паразит, пока не поглотит все остальное и не станет мной окончательно.
А знаете, что? Хватит. Я так часто уже прощалась с жизнью, что это начинало наскучивать. Не хочу об этом думать, пока по крайней мере. В Бездну! Мужчины, проблемы – все к бесам, у меня есть несколько часов на сон, отличная ванна, мягкая кровать и припрятана где-то фляга с коньяком, кстати. То, что лекарь прописал, причем, в прямом смысле.
Чем больше вся ситуация подталкивала меня к простому решению «окончательно перейти на сторону ало-золотых», тем больший протест оно вызывало. Не хочу, значит – не заставите. Я – геомант. Точка.
Так вышло, что у меня давно уже не было определенной «моей» кровати. В поместье, в двух замках и дома в Дайсаре – как минимум, четыре штуки. Личные вещи сами собой расползлись по разным спальням, и теперь временами я испытывала отвратительный дискомфорт от того, что не помнила, где именно висит синее платье, а где лежат изумрудные серьги подвесками?
Вернулась к себе, скинула рубашку, штаны, белье, бросив все прямо на каменный пол. Потом немного полюбовалась в зеркало на красные пятна тонкой заживающей кожи и с наслаждением полезла в нормальную ванну, в первый раз после ранения. Вода расслабляла, теплая с лавандовым маслом и густой белой пеной, она так и манила закрыть глаза. Через четверть часа все проблемы этих суток отступили окончательно, и я едва не утонула, натурально задремав.
А когда вылезла и кое-как добрела до кровати, внезапно обнаружила в комнате сестру. Елена сидела в моем кресле – нога на ногу – и без спроса курила мои сигариллы. Во всей ее фигуре угадывалось некое напряжение, будто бы внутри была натянутая до боли струна. Ей удивительно шла белая рубаха с широким воротом, оттеняющая бронзовый загар. А тонкие замшевые штаны со шнуровкой на бедрах приглянулись и мне, надо сказать.
За окном уже барабанили по металлическому подоконнику первые капли надвигающегося дождя, а ветер приносил отзвуки грома. Отяжелевшее, темное небо повисло на шпилях пяти башен Замка, пропоров себе брюхо, и теперь истекало холодными струями. Люблю спать под монотонный шум, когда льет во всю.
То, что сестра явилась с каким-то неприятным разговором, читалось по ее лицу и без эмпатии. Либо отец, либо Эрик, без вариантов. Я, не задавая никаких вопросов, улеглась в кровать, укутавшись до подбородка одеялом. Надеялась, что она все же передумает.
Короткая вспышка в небе. Пауза. Раскат грома, от которого жалобно задребезжали стекла в окнах. Где-то во дворе с воплями носились вездесущие прихвостни.
- Что у тебя с моим мужем? – без обиняков поинтересовалась сестра, когда молчание затянулось уже совсем неприлично.
Да что ж за сутки-то такие долбанутые, а?!
- Он спас мне жизнь несколько раз, а потом я вернула его с того света, - не знаю уже, в который раз приходится разъяснять элементарные вещи.