Корабли живых мертвецов из Дарсула стали часто ходить вдоль побережья того же многострадального Аскота, и это тоже – не к добру…
– А! – завопил он неожиданно, чуть не подскакивая от восторга. – Самое-то главное! Знаете, что мы сюда праздновать шли? Сейчас! Скажу! Клавиус Джэлл согласился стать моим куратором! Громовой Клавиус со своими синими молниями!
– О! Поздравляю! – я заставила себя улыбнуться.
Не люблю этого надменного типа. Рассказывала про нашу стычку на одном балу в прошлом году? Он пригласил меня танцевать, а потом утащил подышать воздухом на балкон. Мы оба выпили по нескольку бокалов энтильского и были изрядно навеселе. Битый час маг хвастался передо мной своими подвигами, что изрядно меня утомило. А потом прижал к какой-то колонне и принялся целовать. Я была против. Ему было наплевать. Поэтому он получил пощечину и взбесился. Сцена вышла некрасивая.
На следующий день он явился на нашу практику вроде как – опытом поделиться, и, разумеется, выбрал меня в качестве спарринг партнера. На виду всего потока он небрежно разнес все мои щиты, потом еще добавил пару раз молниями по незащищенному телу. Не смертельно, но весьма болезненно. Настолько, что в итоге я упала ничком. Джэлл, издевательски комментируя каждое мое действие, перевернул меня на спину, достал клинок и приставил к горлу, заставив просить пощады. Ничего особенного, никто из наших не выстоял бы против него. Это не было бы даже необидно, не знай я, из-за чего он так поступает. Поэтому на следующей вечеринке, где мы встретились, я высказала все, что о нем думаю в очень грубых выражениях. С тех пор мы друг друга недолюбливаем.
Впрочем, рассказывать это я никому не собиралась, так что, с парнями мы распрощались добрыми приятелями, ну а с девушками чуть похуже. Я больше не была частью их стайки, а этого женский мир не прощает.
Мертвяки с ними.
Зато я сделала стойку на сочетание двух слов: «Дарсул» и «орк». И еще – «пророчество» и «могила в Гисаре». В совпадения я не верила, так что же у нас получалось? Полгода назад произошло нечто, что совпало с каким-то пророчеством. Дарсульцы, ждавшие этого знака, зашевелились. Нашли орков, договорились о чем-то с ними. Теперь вот совместно захватывают страну. Никаких противоречий не видно. Узнать бы еще – что это за могила в Гисаре?
Так или иначе, через полтора часа я сидела в удобнейшем на свете кресле на балконе с видом на вечернее море. Вся авантюра с убийцей прошла на ура. Эрик нашел каких-то общих знакомых, которые могли за него поручиться и каким-то образом успел в «Свинью и сковородку» раньше нас. Убийца поверил. В качестве объяснения он проглотил версию, что меня вынуждают в этом участвовать, а я против гильдии ничего не имею и обратилась к Эрику с просьбой предупредить. В довершении всего Эрик аккуратно намекнул гильдийцу, что Морель желает, видимо, подобраться к их главе, а тут вынюхивает с помощью Стаффа информацию конкретно на него. Гильдиец признал проблему серьезной и обещал донести до руководства всю важность ее решения, после чего откланялся.
Пьяный рыбак оказался отнюдь не рыбаком и умудрился вытащить лист бумаги из кармана крысы, передав ее авантюристу. Вкратце, это была записка от Мореля, хоть и без подписи. Он просил подчиненного зайти к «небогатой дворянке», «еле выпустилась из Академии», «распределили подальше от столицы». Потом «вывести из себя под видом вербовки», «напугать», «заставить поучаствовать в любой ерунде», чтобы «вызвать ощущение, что от нее нужно что-то опасное и за ней постоянно следят» и еще «намекнуть на неприятности семье, если она не будет послушной».
Дэвлин приподнял одну бровь. Эрик хихикал. Я смотрела на них глазами-плошками, и меня начинало трясти от злости.
– Какой нахрен дурью долбится этот идиот?! Что ему от меня надо?!
Мэтр Купер осуждающе покачал головой.
– Крис. Твоя лексика меня иногда поражает.
– А что? – удивился Эрик. – У меня те же вопросы – слово в слово. Ладно, расслабься. Через пару дней узнаем о нем побольше, тогда уже и сможем делать выводы. Ну?
Он присел на корточки, у моего кресла, взяв за руки и заглядывая в глаза.
– Мы со всем разберемся, – улыбнулся он во все тридцать два зуба, и на щеках обозначились очаровательные ямочки.
«Это, если вам можно доверять», – сварливо вернул меня к реальности внутренний голос.
Я попробовала ощутить мысли или чувства Эрика, но снова наткнулась на глухую стену щита. Ах, да. Амулетов, как на ёлке. Я невольно улыбнулась ему в ответ, все-таки это самый обаятельный человек, которого я когда-либо видела.