– Ну хоть во сне-то я могу быть сверху, – проворчала я, потягиваясь.
Все мышцы сладко тянуло, каждая клеточка пела от удовольствия. Ночь вышла потрясающей. Железные мускулы плеч, перекатывающиеся под бронзовой кожей, лихорадочно сухие губы на моей шее и плечах. Сильные пальцы, впивающиеся в мое тело до боли, оставляющие синяки, горячая тяжесть чужого тела, прижимающая меня к кровати. Я извивалась на шелковых простынях, вцеплялась в них ногтями, разрывая ткань. Наверное, я кричала. И тогда он снова впивался в мои губы. Я никогда никого так не жаждала. Он был пламенем, обжигал, не оставляя от меня ничего. Он сам был жадным до удовольствия и умел доставлять его. В самом конце он стиснул меня так, что казалось, сломает ребра, и еще эта сладкая судорога, прошедшая от макушки до пяток. Сильнее, острее, чем обычно. Я сгорела до пепла за эту ночь.
А потом я валялась на его плече, глупо и счастливо улыбаясь и куря сигариллы. Эрик рассказывал смешные истории про свои путешествия, а я смеялась и думала, что никогда не чувствовала себя лучше. И уснула на его плече, прижавшись к нему всем телом.
– Какие у нас планы? – полюбопытствовала я, понимая, что если не отвлекусь, то из постели сегодня мы точно не выберемся.
Эрик сел, разминая все затекшие конечности. Я провела пальцем по длинному тонкому шраму, идущему от ключицы к животу, наискосок. А потом заметила и другие: узкие и белые от какого-то холодного оружия, пятно старого ожога на груди, круглый, неправильно заросший след от револьверной пули… Мне хотелось прижаться губами к каждой отметине, заставляя ее исчезнуть. Мысль о том, как часто его могли убить, показалась мне ужасной, и я отогнала ее прочь.
Рыжий огляделся вокруг и присвистнул.
– Ой-йо… Ну и бардак. А как мы сломали стол графа?
– Не помню, – хихикнула я, – пал невинной жертвой. Лучше поищи одежду!
– Ну, большая часть ее должна быть на пляже.
– А, точно! Боги! Это я тебя так?
– Если ты про то, что у меня спина разодрана в лохмотья, то да – ты.
– И следы от зубов на шее…
– А у тебя зато синяки, распухшие губы и ссадины на коленках!
Я прижала ладонь ко рту.
– Жутко выглядит?
Он вместо ответа поцеловал меня.
– Я тут подумал… А тренировка у барона, оказывается, не настолько и выматывающая. Это смотря, оказывается, с чем сравнивать.
– Тренировка? Так вот, как ты это воспринимаешь? – сделала я возмущенное лицо.
– А что?
– Не дразни меня, мужчина, если это была только тренировка, я сейчас же начну приставать к тебе, требуя продолжения.
– Ха! – воскликнул рыжий, демонстративно заворачиваясь в синий шелк растерзанной простыни. – Я все понял! – в меня обвиняюще уставился указательный палец. – Ты – суккуб, которого вызвал Дэвлин, и теперь ты собираешься залюбить меня до смерти!
Я кинула в него подушкой, не найдя ответа. Нужно было вставать. Что-то в выражении лица Эрика говорило о том, что ему не терпится что-то сделать. Он взъерошил волосы на голове совершенно мальчишеским жестом и принялся собирать одежду.
– Так, сейчас я тебе покажу одну занимательнейшую хрень. Потом в Дай-Пивка, и ты отдашь Бэрри наше вчерашнее сочинение «Все, что вы хотели знать о Дэвлине Купере, но боялись спросить», чтобы он передал его Стаффу. Потом – мерить броню, может, что-то придется подгонять. А потом, если захочешь, можем глянуть на эту твою Морскую Базу Черногорию или на другой форт, куда там еще вели твои Плиты? Или ты хочешь сначала позавтракать?
– Не особо, честно говоря.
– Ну и хорошо, значит, поиграем в исследователей!
– А мы не собирались дождаться Дэвлина?
– Я набрал разных старых кодов у Василия, пока ты валялась в отключке. Тогда, в Форте. Так что думаю, теперь мы можем сунуться, практически куда угодно, без страха быть изжаренными стражами.
– Здорово, – обрадовалась я и тоже принялась одеваться, а рыжий демонстративно наблюдал за этим процессом.
Пока авантюрист боролся с хаосом, учиненным нами ночью, собирал еще какие-то вещи и набрасывал плед на кровать, я, прихватив бутылку вина, уселась на песок на пляже и закурила первую за утро сигариллу. Волны накатывались на берег лениво и настраивали на размышления.
А вот интересно, насколько нормально вообще то, что между нами происходит? С одной стороны, я переспала с Эриком, более того, намереваюсь повторить это. И то, что я к нему испытываю – не попадает под определение простого желания удовольствия. Я в него влюблена: в каждого беса в его зеленых глазах, в каждый шрам на его теле, в его улыбку. Любить его легко и приятно, как пить игристое вино, когда пузырьки лопаются на языке, и так потрясающе кружится голова. Если бы я не встретила Дэвлина, то я выбрала бы рыжего. И жизнь моя пошла бы просто и весело.