Ч у б у к о в. Отстал, потому что графский доезжачий ударил его арапником.
Л о м о в. За дело. Все собаки за лисицей бегут, а Откатай барана трепать стал!
Ч у б у к о в. Неправда-с!.. Голубушка, я вспыльчив и, вот именно, прошу вас, прекратим этот спор. Ударил потому, что всем завидно на чужую собаку глядеть… Да-с! Ненавистники все! И вы, сударь, не без греха! Чуть, вот именно, заметите, что чья собака лучше вашего Угадая, сейчас же начинаете того, этого… самого… и тому подобное… Ведь я всё помню!
Л о м о в. И я помню!
Ч у б у к о в (дразнит). И я помню… А что вы помните?
Л о м о в. Сердцебиение… Нога отнялась… Не могу.
Н а т а л ь я С т е п а н о в н а (дразнит.). Сердцебиение… Какой вы охотник? Вам в кухне на печи лежать да тараканов давить, а не лисиц травить! Сердцебиение…
Ч у б у к о в. Вправду, какой вы охотник? С вашими, вот именно, сердцебиениями дома сидеть, а не на седле болтаться. Добро бы охотились, а то ведь ездите только за тем, чтобы спорить да чужим собакам мешать и прочее. Я вспыльчив, оставим этот разговор. Вы вовсе, вот именно, не охотник!
Л о м о в. А вы разве охотник? Вы ездите только за тем, чтобы к графу подмазываться да интриговать… Сердце!.. Вы интриган!
Ч у б у к о в. Что-с? Я интриган? (Кричит.) Замолчать!
Л о м о в. Интриган!
Ч у б у к о в. Мальчишка! Щенок!
Л о м о в. Старая крыса! Иезуит!
Ч у б у к о в. Замолчи, а то я подстрелю тебя из поганого ружья, как куропатку! Свистун!
Л о м о в. Всем известно, что - ох, сердце! - ваша покойная жена вас била… Нога… виски… искры… Падаю, падаю!..
Ч у б у к о в. А ты у своей ключницы под башмаком!
Л о м о в. Вот, вот, вот… лопнуло сердце! Плечо оторвалось… Где мое плечо?.. Умираю! (Падает в кресло.) Доктора! (Обморок.)
Ч у б у к о в. Мальчишка! Молокосос! Свистун! Мне дурно! (Пьет воду.) Дурно!
Н а т а л ь я С т е п а н о в н а. Какой вы охотник? Вы и на лошади сидеть не умеете! (Отцу.) Папа! Что с ним? Папа! Погляди, папа! (Взвизгивает.) Иван Васильевич! Он умер!
Ч у б у к о в. Мне дурно!.. Дыханье захватило!.. Воздуху!
Н а т а л ь я С т е п а н о в н а. Он умер! (Треплет Ломова за рукав.) Иван Васильич! Иван Васильич! Что мы наделали? Он умер! (Падает в кресло.) Доктора, доктора! (Истерика.)
Ч у б у к о в. Ох!.. Что такое? Что тебе?
Н а т а л ь я С т е п а н о в н а (стонет). Он умер!.. умер!
Ч у б у к о в. Кто умер? (Поглядев на Ломова.) В самом деле помер! Батюшки! Воды! Доктора! (Подносит ко рту Ломова стакан.) Выпейте!.. Нет, не пьет… Значит, умер и тому подобное… Несчастнейший я человек! Отчего я не пускаю себе пулю в лоб? Отчего я еще до сих пор не зарезался? Чего я жду? Дайте мне нож! Дайте мне пистолет!
Ломов шевелится. Оживает, кажется… Выпейте воды!.. Вот так…
Л о м о в. Искры… туман… Где я?
Ч у б у к о в. Женитесь вы поскорей и - ну вас к лешему! Она согласна! (Соединяет руки Ломова и дочери.) Она согласна и тому подобное. Благословляю вас и прочее. Только оставьте вы меня в покое!
Л о м о в. А? Что? (Поднимаясь.) Кого?
Ч у б у к о в. Она согласна! Ну? Поцелуйтесь и… и черт с вами!
Н а т а л ь я С т е п а н о в н а (стонет). Он жив… Да, да, я согласна…
Ч у б у к о в. Целуйтесь!
Л о м о в. А? кого? (Целуется с Натальей Степановной.) Очень приятно… Позвольте, в чем дело? Ах, да, понимаю… Сердце… искры… Я счастлив, Наталья Степановна… (Целует руку.) Нога отнялась…
Н а т а л ь я С т е п а н о в н а. Я… я тоже счастлива…
Ч у б у к о в. Точно гора с плеч… Уф!
Н а т а л ь я С т е п а н о в н а. Но… все-таки, согласитесь хоть теперь: Угадай хуже Откатая.
Л о м о в. Лучше!
Н а т а л ь я С т е п а н о в н а. Хуже!
Ч у б у к о в. Ну, начинается семейное счастье! Шампанского!
Л о м о в. Лучше!
Н а т а л ь я С т е п а н о в н а. Хуже! Хуже! Хуже!
Ч у б у к о в (стараясь перекричать). Шампанского! Шампанского!
Занавес
Антон Павлович Чехов
ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ И ПИСЕМ
В тридцати томах
В восемнадцати томах
(Исключены разделы «Варианты» и «Примечания»)
СОДЕРЖАНИЕ:
Иванов. Драма в четырех действиях
Татьяна Репина. Драма в 1 действии
Трагик поневоле (Из дачной жизни). Шутка в одном действии
Свадьба. Сцена в одном действии
Леший. Комедия в 4-х действиях
Юбилей. Шутка в одном действии
Ночь перед судом
Иванов Николай Алексеевич, непременный член по крестьянским делам присутствия.
Анна Петровна, его жена, урожденная Сарра Абрамсон.
Шабельский Матвей Семенович, граф, его дядя по матери.
Лебедев Павел Кириллыч, председатель земской управы.
Зинаида Савишна, его жена.
Саша, дочь Лебедевых, 20-ти лет.
Львов Евгений Константинович, молодой земский врач.
Бабакина Марфа Егоровна, молодая вдова, помещица, дочь богатого купца.
Косых Дмитрий Никитич, акцизный.
Боркин Михаил Михайлович, дальний родственник Иванова и управляющий его имением.
Авдотья Назаровна, старуха с неопределенною профессией.
Егорушка, нахлебник Лебедевых.
1-й гость.
2-й гость.
3-й гость.
4-й гость.
Петр, лакей Иванова.
Гаврила, лакей Лебедевых.
Гости обоего пола, лакеи.
Действие происходит в одном из уездов средней полосы России.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Сад в имении Иванова. Слева фасад дома с террасой. Одно окно открыто. Перед террасой широкая полукруглая площадка, от которой в сад, прямо и вправо, идут аллеи. На правой стороне садовые диванчики и столики. На одном из последних горит лампа. Вечереет. При поднятии занавеса слышно, как в доме разучивают дуэт на рояле и виолончели.
I
Иванов и Боркин.
Иванов сидит за столом и читает книгу. Боркин в больших сапогах, с ружьем, показывается в глубине сада; он навеселе; увидев Иванова, на цыпочках идет к нему и, поравнявшись с ним, прицеливается в его лицо.
Иванов (увидев Боркина, вздрагивает и вскакивает). Миша, бог знает что… вы меня испугали… Я и так расстроен, а вы еще с глупыми шутками… (Садится.) Испугал и радуется…
Боркин (хохочет). Ну, ну… виноват, виноват. (Садится рядом.) Не буду больше, не буду… (Снимает фуражку.) Жарко. Верите ли, душа моя, в какие-нибудь три часа семнадцать верст отмахал… замучился… Пощупайте-ка, как у меня сердце бьется…
Иванов (читая). Хорошо, после…
Боркин. Нет, вы сейчас пощупайте. (Берет его руку и прикладывает к груди.) Слышите? Ту-ту-ту-ту-ту-ту. Это, значит, у меня порок сердца. Каждую минуту могу скоропостижно умереть. Послушайте, вам будет жаль, если я умру?
Иванов. Я читаю… после…
Боркин. Нет, серьезно, вам будет жаль, если я вдруг умру? Николай Алексеевич, вам будет жаль, если я умру?
Иванов. Не приставайте!
Боркин. Голубчик, скажите: будет жаль?
Иванов. Мне жаль, что от вас водкой пахнет. Это, Миша, противно.
Боркин (смеется). Разве пахнет? Удивительное дело… Впрочем, тут нет ничего удивительного. В Плесниках я встретил следователя, и мы, признаться, с ним рюмок по восьми стукнули. В сущности говоря, пить очень вредно. Послушайте, ведь вредно? А? вредно?
Иванов. Это, наконец, невыносимо… Поймите, Миша, что это издевательство…
Боркин. Ну, ну… виноват, виноват!.. Бог с вами, сидите себе… (Встает и идет.) Удивительный народ, даже и поговорить нельзя. (Возвращается.) Ах, да! Чуть было не забыл… Пожалуйте восемьдесят два рубля!..