Пьесы [litres]

ХорСтрофаЦарица гор, ключ жизни вечный,Зевеса матерь самого,Что златоносного ПактолаБлюдешь течение, – Земля!К тебе, родительница, слезноЯ обращал молящий гласВ тот скорбный день, когда царейНависла горькая обидаНад молодым вождем моим:Увы, увы, о мать блаженных,400 Чью колесницу увлекаютЛьвы, погубители быков,Смотри: уже доспех Ахилла,Наследие Неоптолема,  В награду принял Лаэртид!ФилоктетЯ вижу, гости, символ необманныйОбиды общей, единящей нас.Во всем согласны мы: узнать нетрудно,Что те ж Атриды, тот же Одиссей —Враги обоим. Нет дурного слова,Которого б чуждалась речь его;Со всякой злобой дух его сроднился,Чтоб все пышнее цвел неправды цвет.410 Не в этом диво: но как мог великийАякс такую кривду допустить?НеоптолемЕго уж смерть похитила, мой друг;О, будь он жив – не ликовал бы враг мой!ФилоктетЧто молвишь ты? Ужель и он погиб?НеоптолемДа; для него угас навеки свет.ФилоктетО горе мне! Зато Тидея сын,Зато Сисифа проданное семяВ живых, конечно. Вот кого б под землю!НеоптолемЧего бы лучше; только вот беда:420 Как раз они цветут в аргивской рати.ФилоктетА добрый, старый друг мой, царь Пилосский,Почтенный Нестор? Сколько раз он в войскеСоветом мудрым козни их сметал!НеоптолемИ он в беде: погиб, кто был с ним рядом, —Его любимый отпрыск, Антилох.ФилоктетЕще утрата! Всех других скорееЯ б лютой смерти уступил, чем их.О жизнь ты, жизнь! Где ж нам искать опоры,Когда такие люди умирают,А Одиссей… Ему бы вместо них430 Средь мертвых быть, а он под солнцем бродит!НеоптолемХитер боец наш; что ж! Подчас и хитрыйВ сетях своих запутаться способен.ФилоктетПостой! Да где же был Патрокл в то время,Он, твоего отца вернейший друг?НеоптолемИ он в могиле уж лежит. НаукаКо всем одна: гнушается ApecХудых мужей – лишь лучших косит он.ФилоктетТы прав. И для примера лишь спрошуТебя о муже – недостойном, правда,440 Но хитром и речистом: жив ли он?НеоптолемТаков был Одиссей; других не знаю.ФилоктетНе он: Ферсит, кричавший вновь и вновь,Хотя бы все молчать ему велели.О нем скажи мне, жив ли он иль нет.НеоптолемНе знал его, но слышал, что он жив.ФилоктетЕще бы! Сорное не гибнет семя:Его любовно охраняет бог.Людей коварных и бесчестных душиОн даже с дна Аида возвращает,450 А благородных в грязь топтать готов.Что тут сказать? Кому молиться? Горько,Душою в божий промысел вникая,Самих богов в безбожье уличать!НеоптолемОтныне, сын этейского владыки,Подальше я держаться и от ТроиИ от вождей злокозненных решил.Где гибнет правда и злодей ликует,Где трус в чести, а добрый в униженье,Там нет предмета для любви моей.Скалистый Скирос родиной мне будет,460 Домашней жизнью утолю тоску.  Итак, на судно! Ты же, сын Пеанта,Привет прими – сердечный мой привет!Да снимут боги немощи обузуС тебя, мой друг, желанье исполняяДуши твоей. А нам на струг пора,Чтоб тотчас крылья по ветру расправить,Лишь только бог зазыблет моря гладь.ФилоктетТы едешь, сын мой?Неоптолем  Да, пора; вблизиСледить нам ветра пробужденье должно.ФилоктетО, ради матери родимой, радиОтца-героя, ради всех услад,Что дома ждут тебя, – мольбой горячей470 Молю, мой сын, не оставляй меняВ моем несчастье сирым, одиноким.Ты видишь, как я здесь живу: ты слышал,Как я страдаю. Брось куда-нибудьМеня, как груз ненужный… знаю, многоВам от него и так терпеть придется,Но все ж стерпи. Кто родом вознесен,Тому позор невыносим, но славуДобро приносит. Если ты меняОставишь здесь – бесславием тяжелымСебя покроешь ты; а увезешь,Живым доставив на Этейский склон, —Венец добудешь славы незакатной.480 Решись, дитя! Томленья – день один,И то не весь. В какое хочешь местоМне лечь вели – в трюм, на нос, на корму,Чтоб я присутствием своим – плывущимНе досаждал. О, ради Зевса, сын мой,Просителей заступника, – кивни,Послушайся! К коленям я твоимПрипасть готов – бессильный, хромоногий:Не покидай меня в глуши безлюдной!Спаси меня – к себе ль, в родимый Скирос,Иль ко двору евбейца Халкодонта;490 Оттуда быстро довезут меняДо склонов Эты, до трахинской высиИ до стремительных Сперхея вод.Отец навстречу выйдет мне любимый…Ах, уж давно мне гложет сердце страх,В живых ли он. Не раз пловцам заезжимПосланья слезные я для негоВручал, моля, чтоб снарядил он судноИ сам за мной на Лемнос поспешил.Но, видно, смерть похитила его;Иль те посланцы – мало ль что бывает! —Мою мольбу презрели, чтоб домойСкорей вернуться. Ныне уж не то:500 В тебе одном и вестник и спаситель,Тебя молю: ты сжалься, ты спаси.Ты видишь сам: непрочна и опаснаСудьба людская. Нынче ты с успехом —С уроном завтра. Мудрость нам велитВ расцвете счастья взвешивать возможностьЛихой невзгоды и следить за жизнью,Чтоб невзначай не рушилась она.