Выбрать главу

Ларс Нурен

ПЬЕСЫ

Воля к убийству

Сцена 1

Большая комната, лишенная отличительных черт, вещи разбросаны в беспорядке. Большей частью книги и одежда. Гипсовые ступни, скульптуры и горшки на длинных деревянных полках. Большое слуховое окно, глубокое и сдвоенное; на нижнее навалило потемневшую высыхающую листву и мусор. Несколько письменных столов — плиты из клееной фанеры, положенные на металлические опоры, — завалены бумагой и вырезками. В глубине длинная черная металлическая кровать с регулируемой высотой изголовья. На полу возле кровати — бокалы и пепельницы. Посреди комнаты — большое кресло. На стенах деревенские пейзажи в кубистическом стиле. До высоты двух с половиной метров стены выкрашены в серый цвет. Потом — серая полоса более темного тона, за которой начинается белая поверхность. Белая стена через полметра переходит в покатую мансардную крышу. Наискось над гардеробом — маленькое окно. Оно открыто.

ОТЕЦ. Из окна дует, неужели нельзя закрыть?

СЫН. Нет.

ОТЕЦ. Я замерз.

СЫН. Это мой дом. Так что пусть окно будет открыто. У тебя сигареты вонючие. Где только достаешь эту дрянь?

ОТЕЦ. Ты же тоже куришь.

СЫН. Ну и что?

ОТЕЦ. Как «ну и что»?

СЫН. Мог бы проветривать иногда, пока меня нет. Домой возвращаться противно.

ОТЕЦ. Ну ладно, ладно… Давай закроем окошко?

СЫН. Пусть будет открыто… Дует — уйди. А это моя комната.

ОТЕЦ. Куда это? В других комнатах тоже холодно. Неужели нельзя закрыть окно?

СЫН. Нет.

ОТЕЦ. Почему ты такой злой?

СЫН. Я не злой, просто не хочу сидеть взаперти.

ОТЕЦ. Сходи проветрись.

СЫН. Не хочу. Пока. И почему я? Это тебе надо прогуляться.

ОТЕЦ. Ты же знаешь, как мне трудно ходить. Мне тяжело, невыносимо… Страшно выходить одному. Ноги подкашиваются.

СЫН. Подумаешь!

ОТЕЦ. Подумаешь! А если я упаду?..

СЫН. Кто-нибудь поможет тебе подняться.

ОТЕЦ. Нет, не поможет… Подумают, что пьяный.

СЫН. А то нет?

ОТЕЦ. Нет, не пьяный! У меня просто слабость.

СЫН. А может, ты просто трус? Боишься людей?

ОТЕЦ. Я людей не боюсь. С чего мне бояться?

СЫН. А я откуда знаю?

ОТЕЦ. Когда ты наконец их закроешь?

СЫН. Что, окна?

ОТЕЦ. Окна!

СЫН. Когда дым выветрится.

ОТЕЦ. Но я же мерзну…

СЫН. Можешь потерпеть немного. От тебя не убудет.

ОТЕЦ. А когда придет…

СЫН. Кто?

ОТЕЦ. Как же ее… Никак не запомню имя.

СЫН. Радка?

ОТЕЦ. Точно, Радка… Она что, еврейка?

СЫН. Вряд ли.

ОТЕЦ. Так когда же она придет?

СЫН. Я не знаю, когда она придет. И почему она должна прийти?

ОТЕЦ. Я думал, вы живете вместе.

СЫН. Нет, не живем.

ОТЕЦ. Красивая девушка… Надо ее беречь.

СЫН. То есть я должен беречь ее, потому что она меня любит… Да?

ОТЕЦ. Нет.

СЫН. Не спеши. Ты ее еще не знаешь, а уже принял ее сторону. Почему? Потому что ты меня боишься? Я похож на тебя, вот ты и боишься… И я боюсь тебя, потому что я на тебя похож. Только, может быть, пора уже научиться за нашим сходством различать и меня самого?

ОТЕЦ. Я прекрасно тебя различаю.

СЫН. Ты в этот раз надолго?

ОТЕЦ. Что?.. Я уже надоел? Хочешь, чтобы я уехал? Зачем тогда звать меня в гости?

СЫН. Я не звал. Ты сам спросил, можно ли приехать. Я сказал — можно. Но я тебя не звал.

ОТЕЦ. Значит, ты не хочешь, чтобы я здесь оставался?

СЫН. Зависит от твоего поведения.

ОТЕЦ. Ты должен спокойнее к этому относиться.

СЫН. Я спокоен.

ОТЕЦ. Я бы так не сказал… Как ты тут живешь?.. Я в ужасном состоянии.

СЫН. Ну и прекрасно.

ОТЕЦ. Что значит «прекрасно»? Почему ты такой язвительный? Что я тебе такого сделал?

СЫН. Ничего.

ОТЕЦ. А такое впечатление, что сделал.

СЫН. Да нет… только не трогай меня.

ОТЕЦ. Хорошо… У тебя есть ее фотография?

СЫН. Чья? Радки?

ОТЕЦ. Радки, кого же еще? Ой!

СЫН. Что ты ойкаешь?

ОТЕЦ. Не могу долго сидеть, колено.