Д р у я н о в. А мы не все можем, не все. И это давно пора понять. Это «все можем» обходится нам потом слишком дорого. (Переходит и садится в свое кресло.) А знаешь, кем мне иногда хочется стать? Не угадаешь. Директором.
К а з а ч к и н (улыбаясь). Вам сколько лет, Игорь Петрович?
Д р у я н о в. Пятьдесят шесть. Уже созрел. Интересно, вот у американцев есть какие-то странные должности. Например, помощник специального секретаря, заместителя советника государственного уполномоченного по таким-то делам. Вот и я иногда чувствую себя на такой же должности. И на дверях надо писать не «Директор завода «Теплоэнергетик», а «Помощник специального секретаря, заместителя советника государственного уполномоченного по выпуску котлов».
К а з а ч к и н. Что с вами, Игорь Петрович? Уж не влюбились ли вы?
Д р у я н о в. Пошел бы ты домой. А к пятнадцати часам вези своего Симонсона.
Казачкин выходит из кабинета в приемную. Протягивает Алле Юрьевне коробочку.
К а з а ч к и н. Сувенирчик. (Уходит.)
А л л а Ю р ь е в н а входит в кабинет Друянова. Она несет на подносе стакан крепкого чая.
Д р у я н о в. Спасибо. Только почему без лимона?
А л л а Ю р ь е в н а. В буфете лимоны кончились. Во второй половине подвезут.
Д р у я н о в. Знаем мы эти подвозки. Позовите ко мне через полчаса главного инженера, секретаря парткома, ну и… Березовского… И вот еще — разыщите инженера-технолога из четвертого трубного Темерина. Скажите: приехал товарищ из центра, интересуется состоянием завода. И направьте его, этого Темерина, к этому Семеняке…
А л л а Ю р ь е в н а. Хорошо.
Д р у я н о в. А я во вторую металлообработку.
А л л а Ю р ь е в н а. Вы хотели Дмитрия Остаповича с собой взять. Я позвоню?
Д р у я н о в (резко). Не надо. И вот еще что. Всех этих товарищей (протягивает Алле Юрьевне листок бумаги) тоже постепенно направляйте к этому Семеняке.
А л л а Ю р ь е в н а. Хорошо.
Д р у я н о в (передает ей медаль). А это положите в шкаф для подарков. (Направляется к выходу. Останавливается.) Алла Юрьевна, как по-французски «здравствуйте»?
А л л а Ю р ь е в н а. Бонжур. Когда вы из Парижа возвращаетесь, то целый месяц так со мной здороваетесь.
Д р у я н о в. А оревуар — до свидания. (Целует руку Аллы Юрьевны и уходит.)
К столу Олечки подходит С е м е н я к а.
С е м е н я к а. От Друянова не звонили?
О л е ч к а. Нет.
С е м е н я к а. А что, если я сам позвоню? Как вы считаете, Олечка?
О л е ч к а. Игорь Петрович, как правило, ничего не забывает.
С е м е н я к а. Да-да, конечно. У меня к вам просьба, да боюсь, она вам может не понравиться.
О л е ч к а. В каком смысле?
С е м е н я к а. Найдите, пожалуйста, домашний и служебный телефоны ректора Технологического института Лобанова.
О л е ч к а. Лысого? Не боитесь? Он как ваши усы увидит…
С е м е н я к а. Придется рискнуть. (Входит в кабинет, садится за стол.)
О л е ч к а (набрав номер телефона, в селектор). Дмитрий Остапович, соединяю вас с квартирой Лобанова.
В приемную входит Т е м е р и н.
С е м е н я к а (в трубку). Алло! Можно попросить Сергея Герасимовича?.. А когда он будет?..
Т е м е р и н (Олечке). Темерин — я.
С е м е н я к а. Спасибо. (Кладет трубку.)
О л е ч к а. Алексей Яковлевич. А я вас искать собираюсь.
Т е м е р и н. А чего меня искать? Я не гриб. Товарищ из Москвы на месте?
О л е ч к а (поднимает трубку, чтобы проверить, кончил ли разговор Семеняка с Лобановым). Сейчас… освободится.
Т е м е р и н. Нехорошо, девушка, подслушивать.
О л е ч к а. Кто подслушивает? Я, что ли? Больно мне это интересно! Для вас же хотела узнать. (В селектор.) Товарищ Семеняка, к вам Темерин.
С е м е н я к а. Какой Темерин?
О л е ч к а. Алексей Яковлевич…
С е м е н я к а. Подождите… Подождите… Темерин… Инженер-технолог из четвертого трубного?
О л е ч к а. Верно. Его попросили с вами встретиться. Звонила секретарь Друянова.
С е м е н я к а. Вот как… Что же, все к лучшему.
О л е ч к а (Темерину). Идите.
Т е м е р и н входит в кабинет.
С е м е н я к а. Здравствуйте, Алексей Яковлевич. Садитесь. (Достает из папки какие-то бумаги.) Как у вас со временем?